Состроив жалостливую мордашку, с надеждой посмотрела на тренера, молясь, чтобы он отпустил меня. Даже уже совершенно не интересовали его потрясающее мускулистое тело, чуть влажная от пота кожа и манящие черные очи. Хотелось быстрее забраться в кроватку, и забыть об этом часе, как о страшном сне.
- Мирина, нельзя так относиться к своей безопасности, - с укором покачал он головой. – И я, если честно, подумываю не пускать тебя на игру в субботу.
- Что? – в ужасе округлила глаза и мгновенно оказалась на ногах. – Вы не можете со мной так поступить!
- А если нападение? – сложив руки на груди, сурово спросил тренер. – Ведь наемникам кто-то доложил, что ты под личиной скрываешься. Могут прийти и другие.
- Игра пройдет в нашей академии. Со мной рядом будет Кендел, Миртан и Вы. Чего бояться?! – пылая праведным гневом, воскликнула я и уже тише добавила: - Не поступайте со мной так. Пожалуйста. Этот матч – все, чем я жила последние месяцы.
- Мирина… - попытался возразить Скарт.
- Пожалуйста, - с мольбой вглядываясь в черные глаза, нервно закусила губу.
- Это довольно безрассудно, - попытался вразумить меня тренер. – Ты это понимаешь?
- Не безрассуднее, чем, выдавая себя за юношу, учиться здесь и проживать с парнем, который знает, что я девушка, - хмыкнула я.
Скарт усмехнулся уголками губ и озорно посмотрел в ответ. Я, если честно, ожидала увидеть хоть небольшой огонек ревности, но этого, к сожалению, не произошло.
- Ладно, уговорила, - покачал он головой. – Но количество тренировок придется увеличить. Ты все еще двигаешься не так быстро, и реакция оставляет желать лучшего. Так что в следующий раз не жалуйся. А теперь иди отдыхай.
Простившись с тренером, вернула личину Ирса Мириана и устало поплелась в душ. Понимание того, что совершенно не получилось вызвать ревность Скарта, слегка удручало. Но может быть он просто хорошо сыграл безразличие? Ведь его прикосновения все еще отдавали легкой дрожью на коже. И к тому же, профессор видит во мне девушку не так давно. К парню он бы точно не питал бы романтического интереса. Может не все потеряно? И почему я так на нем зациклилась? Ну подумаешь, красивый, сексуальный, притягательный… Кендел ведь тоже очень горяч. К тому же друг обо мне реально заботится, защищает. И его я знаю гораздо лучше, чем Скарта. Ох, святые мандаринки… Зачем его-то приплела… Окончательно запутавшись в мыслях и предпочтениях, зашла в свою комнату и замерла на пороге.
- Малыш? Ты чего встал, как вкопанный? – удивленно приподнял бровь обнаженный по пояс Кендел.
Сосед, видимо, пока я была на тренировке, решил и сам позаниматься, выбрав для этого две большие черные гантели. Он, не прерывая своей тренировки, монотонно поднимал руки с грузом к плечам и опускал их. Мышцы напрягались, гипнотизируя мой взгляд, лишали воли. Даже если бы захотела, посмотреть в лицо Кенделу просто не смогла бы. Я была полностью поглощена открывшемуся потрясающему виду полуголого парня.
- Ты тут? Со мной? – широко улыбаясь, уточнил друг.
- Да-а-а… - с запозданием все же ответила я и тряхнула головой, чтобы хотя бы немного прийти в себя. – Может оденешься?
- Зачем? – словно ничего не понимая, усмехнулся он.
- Я все-таки девушка, - с трудом заставила себя оторваться от беззастенчивого разглядывания мускулистого тела Кендела и присела на свою кровать.
- Все эти месяцы тебя что-то не заботила моя частая обнаженка, - не поддаваясь, хохотнул он.
- Это ты про утреннее дефиле в одних трусах? – откинулась я на локти и, не сдержавшись, опять начала пялиться на него.
- И про мужскую ванную комнату, - поиграл сосед бровями, откровенно надсмехаясь надо мной.
- А я уже привыкла, - постаралась сделать свой взгляд совершенно незаинтересованным в происходящем.
- Ну так и не ной, - остался довольным друг и с обворожительной улыбкой добавил: – Просто наслаждайся.
- Ты невыносим, - закатила я глаза и окончательно развалилась на кровати, смотря в потолок.
Кендел лишь хмыкнул, продолжая свою тренировку, и комната размеренно погрузилась в тишину. Было слышно только шумное равномерное дыхание друга, и завывание ветра за окном. Погода к обеду испортилась, обещая несколько часов проливных дождей. Гром стал все сильнее и сильнее раздаваться над академией, а яркие вспышки молний, тревожили мою душу.