И сердце Фредерики пропустило удар. Ноги стали ватными, а кончики пальцев онемели. Вот она и доигралась, допрыгалась, дотыкалась. Она уже ни капельки не сомневалась, что подчиненная некроманта зря времени не теряла. В отличие от нее самой.
– Фреди… – Пересмешник осторожно тронул девушку за плечо, но та даже не отреагировала, продолжая сверлить взглядом невидимую точку перед собой.
А старейшина сжал кулаки. Что за игры у этой предсказательницы? Кем она вообще себя возомнила, чтобы тасовать судьбы людей как колоду карт?
– Минуточку. – Палец Пересмешника с вызовом указывал на Рамэю. – В предсказании говорится об одном темном и одном светлом. Нас здесь трое темных и ни одного светлого.
– Ну, что я могу сказать… – протянула женщина. – Значит, кто-то из вас умрет, а кто-то придет. Все просто.
На этом моменте Фредерика чуть было не потеряла равновесие, но старейшина подхватил ее под локоток.
– А вы не отличаетесь особой этичностью, – зло прищурился Шанель.
– Мы уже знаем, что делать и знаем как делать, – подметил Михаэль, оставаясь абсолютно непроницаемым к внешним раздражителям. – И никакие пророчества здесь не при чем. Только таинственности нагоняете и страху.
– А я, кажется, понял, чего она добивается, – вдруг заявил Пересмешник, и предсказательница смерила его насмешливо-оценивающим взглядом. – Посмотрим, получится ли у вас.
– В твоей сообразительности я не сомневалась никогда…хотя, вру. Был один раз. – Губы женщины скривились. – Когда ты решил погадать на любовь. Понравилось… – взгляд неземных голубых глаз стрельнул в старейшину исподлобья – …предсказание?
– Не особо, – парировал Пересмешник. – Как и вы. Фаррел, – он перевел взгляд на архимага, – в какой аудитории будете вести следующую лекцию?
– Пятьдесят «г», – добродушно ответил старик.
– Мы обязательно подойдем.
– Я принесу вам ваши пропуски, а заодно и…ах, да.
Архимаг покопался в столе, выудил из верхнего ящика маленький ключик и отдал, протянувшему руку, старейшине.
– Ключ от вашей комнаты в общежитии. Самой большой, для особых гостей. Надеюсь, вы там все поместитесь.
– Благодарю.
Если бы взглядом можно было просверлить стену, то принцесса уже сделала бы это. Ей просто трудно было поверить в то, что в любой момент ее могут причислить к биомусору и избавиться. Причем, что еще ужаснее, заслуженно! Читать книги про попаданцев, смотреть фильмы – интересно, смешно и увлекательно. И когда оказываешься в аналогичной ситуации, тоже хочется, чтобы все было интересно, смешно и увлекательно. Поэтому она и вела себя настолько легкомысленно, поэтому и не внимала предупреждениям, поэтому спустя столько времени ничего не знала и не умела. Подумать только…даже самого минимума для того, чтобы иметь совесть причислять себя к жителям этого мира.
От своих тяжелых мыслей Фредерика отвлеклась только в комнате общежития. И то не сразу. Перед этим пришлось как следует потрясти девушку за плечи, похлопать по щекам и сбрызнуть водичкой.
– Ты что-то задумала, да? – произнес Пересмешник ей прямо в лицо.
Принцесса подняла на него грустные щенячьи глаза. Хотела бы она что-то задумать, но ничего уже не приходило в голову. Осознание собственной никчемности, может быть, и на этом все.
– Пойдешь на лекцию по истории Альтеры?
– Да! – выкрикнула девушка, да так неожиданно, что старейшина в ужасе сделал пару шагов назад. – А могу я пойти еще на какую-нибудь лекцию? Каин… – взмолилась принцесса, и парень на этот раз удивленно вскинул брови. – Могу я…могу я…зачислиться в академию, а? Прямо сейчас, а?
Но Пересмешник не успел ответить, потому что девушка молниеносно подползла к нему и вцепилась в штанину. Сколько бы он ни дергал, та не отлипала.
– Ты можешь и сам научить меня правильно использовать магию, – хныкала уже Фредерика, а взгляд ее становился все печальнее и печальнее с каждой произнесенной фразой. – Говорил же, что отличником был. Научи. А Михаэль пусть научит меня сражаться, а не медитировать. Я больше не хочу медитировать, не хочу. Вы меня ничему, ничему, совсем ничему не научили…ничему-у-у…
– Фреди, успокойся, ладно? – раздраженно осадил ее старейшина и скрестил руки на груди, когда попытки отцепить истеричку не увенчались успехом. – Неужели ты так серьезно восприняла слова этой швабры?
– Жестковата она для светлой, – пробубнил монах, сидя в позе лотоса в центре комнаты. – Если бы не пацифизм, которому с детства учат в храме, то я б ей, наверное, вмазал.
– Смотри-ка, она даже монашку из себя выводит, – зацепился Пересмешник за мысль.