В браслетах нужда отпала, ведь магам теперь незачем в разбой уходить. Все трудились на людское благо. На тропу порока ступали только самые отчаянные, потому что выхлопа как такового не было. У простого люда брать давно нечего, а родовитые раздавали добро направо и налево, желая облегчить долю несчастным.
Я ими гордилась порой неимоверно, другие бы давно правящую династию свергли, глядишь и проклятие с земель ушло. А наш народ стойко переносит все невзгоды, слепо доверяя королю.
Еще из корония выходили славные доспехи – прочные, стойко отражающие не только удары меча, но и магию. Но залежи металла были огромны, добыча достаточно сложна, поэтому и прекратили ее, едва потребность снизилась.
Демоны очень вспыльчивы, особенно низшие, и себя контролировать после определенной точки перестают вовсе. Этакий пик в эмоциональном выбросе, когда мозг отключается, оставляя голые инстинкты. В таком состоянии, если не спеленать антимагическим покрывалом, или наручники не надеть, они целые кварталы разрушить способны. Высшие в этом плане более устойчивые, но уж если захлестнет ярость, то там и кварталом не обойдешься - силища немереная.
И вроде бы все понятно: мы им короний - они нам хрусталь. Но тянет в груди, сосет под ложечкой тревожным предчувствием.
Я кинулась за отцом, с нечеловеческой скоростью пересекая огромный зал, скользя по мрамору пола. Но его уже нигде не было. На отчаянный крик: «Папа», выбежала только Кориса, ругаясь на меня всеми бранными словами, которые знала. И которые ну никак не были применимы к особе королевской крови. Даже если та своим криком и спровоцировала опрокидывание кастрюли.
- Куда он ушел? – обиженно выдавила из себя, смотря на злющую экономку исподлобья.
- А мне почем знать? На улицу, наверное. Опять простудится, даже шубу не накинул…
Но я уже не слушала, быстро переодевая сапоги. Шубу даже искать не собиралась, как бы не причитала потом Кориса. Я ведь везде бегом, мне такая тяжесть без надобности, достаточно было утепленного плаща с меховой оторочкой.
На улице первым делом крикнула: «Амадея» и, дождавшись приятной тяжести на левом плече, прикрыла глаза, активируя связь с ястребом.
- Найди папу, я буду смотреть, - произнесла мысленно.
Большая белая птица с редким вкраплением коричнево-черных перьев, взмыла высоко в небо, позволяя видеть все своими глазами. От подобной красоты всякий раз замирало сердце. Но сейчас я была слишком встревожена и занималась только высматриванием высокой массивной фигуры в синем плаще. Амадея, чувствуя волнение хозяйки, немного снизилась, чтобы люди уже не казались точками. Но папы на улочках города не было, как не было и его ближайших советников.
- Вот ведь, тролли тупоголовые! Опять от меня прячутся, - далее продолжать мысль не стала, такие подробности Амадее ни к чему, а связь я еще не прервала. – Ищи отца, он где-то с советниками.
Птица, пронзительно пискнув, полетела заглядывать в окна домов. Чтобы среди множества найти тот, где сегодня проводится тайный совет.
Тоже мне, умники, взяли моду скрываться. Мы с Амадеей их все равно находили, хоть об этом и помалкивали. Так что зря папочка надеется от меня что-то скрыть, я всегда в курсе их темных делишек.
Глава 1.6
Ястреб – последний подарок королевского мага-астролога. Мне тогда только исполнилось девять. Он провел обряд – древний, сложный, отнявший последние силы. Но, значит, видел старик что-то в моем будущем, раз решился на подобное, даже зная, что после ритуала умрет.
Да и имя для птицы было выбрано неспроста. Это я для родных и близких просто Иса, а для всех остальных - принцесса Амадея Розалия Элииса. Ястребица, с ее чутким слухом, свое имя могла услышать за несколько километров. А еще она очень хорошо различала интонации, и если чувствовала угрозу, обязательно наведывалась к говорившему, передавая мне четкие образы.
Вообще все начиналось именно с передачи образов, и долгое время я думала, что наша связь именно для этого и создавалась. Но крепла магия, увеличивались и возможности, и в 15 мне открылся мир, глазами ястреба, а в 17 способность перемещаться духовно. Последнее требовало неимоверной концентрации, но с каждой тренировкой время нахождения в теле птицы увеличивалось. Сейчас, в свои 19, я могу полностью переместить дух минут на 10. Может и больше бы смогла, но боюсь уже не вернуться.
О способностях Амадеи не знает ни одна живая душа, поэтому и относятся к моей птичке крайне положительно, прикармливая, лелея и не скрывая слов. Лишь отец о чем-то догадывается, но подтвердить данный факт теперь не у кого.