— Больно? — спросил он.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Она обняла его. — Но это приятно.
Он начал двигаться. Медленно. Плавно.
Кровать не скрипела. Изголовье не стучало. Было тихо. Только их дыхание и море за окном.
— Спасибо, — сказал он.
— За что?
— За сына.
— Это мы сделали вместе.
— Ты родила.
— Ты был рядом.
— Это не одно и то же.
— Это одно и то же.
Он улыбнулся.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Лоренцо.
Она кончила. Тихо. Почти беззвучно.
Он кончил следом.
Упал на неё, тяжело дыша.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Да.
— Врёшь.
— Да. — Она обняла him. — В порядке.
— Пойдём в душ.
— Пойдём.
Вода была горячей.
Они стояли под струями, обнявшись. Пар заволок всё вокруг.
— Ты устал? — спросила она.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Он прижался щекой к её плечу. — Устал.
— От чего?
— От тебя.
— Это плохо?
— Это хорошо.
Она повернулась к нему. Поцеловала.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Джульетта.
Она улыбнулась.
— Пойдём в кровать, — сказала она.
— Пойдём.
Они вышли из душа. Вытерлись. Легли.
Джульетта положила голову ему на плечо. Её рука лежала на его груди. Он гладил её по волосам.
— Ты знаешь, что я хочу? — спросила она.
— Что?
— Ещё одного ребёнка.
Он замер.
— Сейчас? — переспросил он.
— Не сейчас. Скоро.
— Луке только три.
— Он будет старшим братом.
— Ты уверена?
— Да.
— Не боишься?
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Она подняла голову, посмотрела на него. — Боюсь.
— Чего?
— Что ты не захочешь.
— Хочу.
— Правда?
— Правда.
— Сколько?
— Двух.
— Трёх.
— Четырёх.
— Пяти.
Она засмеялась.
— Ты сумасшедший, — сказала она.
— Я знаю.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Джульетта.
Она поцеловала его.
— Как назовём следующего? — спросила она.
— Не знаю.
— Предложи.
— Если девочка — София.
— Почему София?
— Это имя моей бабушки.
— Она была красивой?
— Очень.
— А если мальчик?
— Леонардо.
— Почему Леонардо?
— Это имя моего деда.
— Он был сильным?
— Он был мудрым.
— Это лучше.
— Знаю.
Она улыбнулась.
— София или Леонардо, — сказала она.
— Да.
— Ты уверен?
— Уверен.
— Не хочешь назвать в честь братьев?
— У них уже есть тёзки. Лука, Антонио. Хватит.
Она засмеялась.
— Ты прав, — сказала она.
— Всегда прав.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Она поцеловала его.
— Спи, — сказала она.
— Я не сплю.
— Я тоже.
— Тогда о чём будем говорить?
— О том, когда.
— Через год.
— Два.
— Полтора.
— Договорились.
Он обнял её.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Лоренцо.
Она закрыла глаза.
Он смотрел на неё.
На её спокойное лицо.
На её губы — приоткрытые, влажные.
На её руку — которая лежала на его груди.
— Ты будешь хорошей матерью, — сказал он.
Она не ответила.
Дышала ровно.
Он улыбнулся.
Закрыл глаза.
Глава 49
Через год Джульетта снова забеременела.
Она узнала об этом утром, когда её вырвало. Лоренцо стоял в дверях ванной, бледный, растерянный.
— Ты беременна? — спросил он.
— Не знаю.
— Врёшь.
— Да. — Она вытерла губы. — Знаю.
— Уверена?
— Уверена.
— Когда?
— Месяц. Может, два.
— Почему не сказала?
— Хотела убедиться.
— Как?
— Тест.
— И?
— Положительный.
Он смотрел на неё.
— Ты рада? — спросила она.
— Не знаю.
— Врёшь.
— Да. — Он обнял её. — Рад.
— Боишься?
— Очень.
— Чего?
— Что не смогу быть отцом двоих.
— Сможешь.
— Откуда знаешь?
— Потому что ты хороший отец.
— Это разные вещи.
— Нет.
Он поцеловал её.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Лоренцо.
Она обняла его.
— Что теперь? — спросила она.
— Теперь — жить.
— Как?
— Вместе.