— Пойдём, — сказала она.
— Пойдём.
Глава 6
Тир находился в подвале.
Джульетта открыла тяжёлую металлическую дверь, пропустила Лоренцо вперёд. Внутри пахло порохом и металлом. Стрелбище, мишени, стойки с оружием.
— Ты часто здесь бываешь? — спросил Лоренцо.
— Когда хочу кого-то убить.
— А сейчас?
— Сейчас — хочу.
Она подошла к стойке. Взяла пистолет. Проверила обойму.
— Не боишься? — спросила она.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Он подошёл к ней. — Боюсь.
— Чего?
— Что ты промахнёшься.
— Не промахнусь.
— Уверена?
— Хочешь проверить?
Она прицелилась в мишень. Выстрелила. Пуля попала в центр.
— Видишь? — сказала она.
— Вижу.
— Ты умеешь стрелять?
— Немного.
— Покажи.
Он взял пистолет. Прицелился. Выстрелил. Пуля — рядом с центром.
— Неплохо, — сказала она.
— Для любителя.
— Кто тебя учил?
— Отец.
— Он хороший учитель?
— Он хороший стрелок.
— А ты?
— Я учусь.
Она взяла другой пистолет. Прицелилась. Выстрелила. Пуля — в центр.
— Ты стреляешь лучше меня, — сказал он.
— Я знаю.
— Скромнее.
— Я Корлеоне. Мы не скромничаем.
Он усмехнулся.
— Ты невыносима, — сказал он.
— Я знаю.
— Я люблю тебя.
— Не пугай.
— Не буду.
Она положила пистолет. Повернулась к нему.
— Зачем ты согласился на этот брак? — спросила она.
— Отец сказал.
— Ты всегда слушаешься отца?
— Всегда.
— Почему?
— Он меня убьёт.
— Не убьёт. Ты его сын.
— Это не аргумент.
— Это единственный аргумент, который у меня есть.
Он смотрел на неё.
— Ты права, — сказал он.
— Всегда права.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Она взяла его за руку.
— Пойдём, — сказала она.
— Куда?
— Наверх.
— Зачем?
— Хочу есть.
— Ты всегда хочешь есть, когда нервничаешь?
— Я не нервничаю.
— Врёшь.
— Да. — Она повела его к выходу. — Нервничаю.
— Чего боишься?
— Что ты мне понравишься.
— Это плохо?
— Это страшно.
— Почему?
— Потому что я не хочу никого любить.
— А хочешь?
— Не знаю.
— Узнаешь.
Она остановилась. Посмотрела на него.
— Ты самоуверен, — сказала она.
— Я оптимист.
— Это одно и то же?
— Нет. Самоуверенный думает, что он прав. Оптимист надеется.
— А ты?
— И то, и другое.
Она усмехнулась.
— Пойдём, — сказала она.
— Пойдём.
На кухне было пусто.
Джульетта открыла холодильник. Достала сыр, хлеб, вино.
— Будешь? — спросила она.
— Да.
— Садись.
Они сели за стол.
— Ты умеешь готовить? — спросил Лоренцо.
— Нет.
— А что ты умеешь?
— Стрелять. Убивать. Командовать.
— А любить?
— Не знаю.
— Врёшь.
— Да. — Она отрезала кусок сыра. — Умею.
— Кого?
— Семью.
— А мужчину?
— Не пробовала.
— Попробуй.
— С тобой?
— Со мной.
Она смотрела на него.
— Ты не боишься? — спросила она.
— Чего?
— Что я разобью тебе сердце.
— Не разобьёшь.
— Откуда знаешь?
— У тебя нет оружия.
— Есть.
— Какое?
— Я.
Он усмехнулся.
— Ты невыносима, — сказал он.
— Я знаю.
— Я люблю тебя.
— Не пугай.
— Не буду.
Она отпила вино.
— Что будет после свадьбы? — спросила она.
— Не знаю.
— Врёшь.
— Да. — Он взял её за руку. — Буду жить с тобой.
— В моём доме?
— В нашем.
— В твоём?
— В нашем.
Она смотрела на него.
— Ты невыносим, — сказала она.
— Я знаю.
Она убрала руку.
— Ешь, — сказала она.
— Ем.
Глава 7
Он думал о ней, она не смотрела на его деньги, на его имя, на его тело. Она смотрела с вызовом. Как на врага. Как на равного.
Он сел на кровати. Провёл рукой по лицу.
— Ты идиот, — сказал он тихо.
Пустота не ответила.
Он встал. Подошёл к окну.
Луна светила. Сад внизу казался серебряным. Где-то там, в другом крыле, спала она. Или не спала. Он не знал.
Он думал о том, что сказала Джульетта: «Я не хочу никого любить». Она боялась. Не его — себя. Своих чувств. Своей слабости.
Он понимал.
Сам боялся.
Не отца. Не врагов. Её.
Потому что она могла разбить ему сердце. И даже не заметить.
Он усмехнулся.