Но утренний свет безжалостен и с приходом нового дня, я теряла связь с воображаемым прошлом.
А сейчас прошлое здесь. Наяву. Дотронуться можно.., но возможно ли?
1.3
1.3
Выйдя с Верой из садика, мы решаем сходить к снежному городку. Он уже начал разрушаться и половина скульптур дали трещины, но дочка очень любила на новогодних каникулах, бегать по снежным лабиринтам и всегда просила отвести её туда.
- Всё таки её разобрали, – пробормотала малышка, когда мы увидели, что рабочие собирают части разобранной ёлки в машину, - лучше бы её оставили, как считаешь, мам?
- Всему своё время, Вера. Зато теперь мы будем двигаться к весне. Январь подходит к концу. Переживём короткий февраль и наступит март - первый весенний месяц.
- Воспитатель сегодня сказала, что нам надо сделать рисунок на выставку, посвящённую 23 февраля.
Я киваю и уже заранее знаю дальнейшие слова дочери.
- А мне для чего этот рисунок рисовать, мам? Папы всё равно ведь нет.
На мгновение, я прикрываю веки и очень тихо отвечаю.
- Он есть, Веручик. Просто его нет с нами…
Как только дочь начала спрашивать про папу, я ей рассказала максимально правдивую историю. Ложь во благо мы с дочкой не практиковали. Я ей сообщила, что мы с папой очень давно захотели быть вместе, но потом случилось горе и нам пришлось расстаться. Про то, что у нас появилась дочь, папа не знает. Вот и вся история, без особенных подробностей. Она тогда попросила его поискать и мы вместе зашли в несколько социальных сетей, но Артёма там не оказалось. Я и сама неоднократно его искала, таким же способом, но результатов никаких не было.
- Тогда и рисунок делать не стану. Глупо рисовать того, кого ни разу не видел. Так ведь, мам?
Я опускаюсь на корточки перед дочерью и пригладив мех на её фиолетовой зимней курточке, тихо бормочу.
- Я могу тебе его описать словами. Хочешь?
Некоторое время я буду работать с Артёмом и конечно могу ему рассказать про дочь. Но…. Но я вдруг испугалась.
Боялась, что Артём только из чувства долга будет приходить к ней, не испытывая к дочери никаких чувств. И Вера конечно это сразу почувствует, и будет страдать. Или он подумает, что я вновь хочу с ним вступить в некую связь и для этого приплетаю сюда дочь – чтобы сильнее привязать его к себе.
Есть ещё одна причина – вдруг у него уже давно есть семья и налаженная жизнь, которую я, своим признанием, пошатну или испорчу. Он возненавидит меня, а может и дочь… Блин. Меня куда то понесло не туда.
- Потом, - наконец отвечает Вера и чуть тише добавляет, - но рисунок я всё равно рисовать не стану. Некому.
Когда вечером я уложила Веру спать, в дверь позвонили. Это наверняка Маринка – соседка напротив. У неё было четверо детей и муж, бесконечно мотающийся по командировкам. С ней я иногда могла оставить дочь. Даже доплачивала ей за это, хотя Маринка и ворчала.
Квартиру, в которой мы сейчас живём, я купила два года назад. Когда счета опустели, а Вере всё также требовалось лечение и реабилитация, я продала машину, большую квартиру и купила однушку в спальном районе. Выбрала её из-за рядом расположенного парка и садика под окном. Да и работу потом нашла неподалёку, поэтому это был очень хороший вариант.
С Маринкой мы сошлись сразу, хотя и были абсолютно разные. Её бешеная энергия и постоянное желание помочь, сильно подкупили меня. Я довольно быстро впустила её в свой дом, а потом и в сердце. Кроме Маринки и коллеги Полины – друзей у меня не было.
- Привет, Ника, - возбуждённо прошипела соседка, залетая ко мне в квартиру, - я сейчас тебе такое расскажу…
Я прикрыла дверь и приготовилась слушать ежедневный мониторинг жизни нашего микрорайона. Марина была домохозяйкой и проводила немало времени на местных детских площадках и в магазинах. Словно приёмник, она вбирала в себя последние новости, а потом с удовольствием их распространяла. Мне совсем не интересны были эти новости, но я её всё равно слушала, но особо не комментировала. Впрочем ей это и не требовалось.
Закончив очередную порцию сплетен, Марина внимательно посмотрела мне в глаза и прищурившись спросила.
- А ты чего сегодня такая задумчивая? Неужели мужик у тебя появился?
- Мариннн, не говори глупости.
- Глупости! Какие же это глупости, Ника. Я без секса через неделю на стены лезу, а ты больше пяти лет без мужика кукуешь и всё отмахиваешься.
- Прекрати, - поднимаясь из-за стола, бормочу я и начинаю составлять кострюльки с ужином в холодильник.