Дочь останавливает взгляд вначале на моём лице. Смотрит долго, словно хочет найти подтверждение моих слов на родном лице. А потом, она стреляет взглядом в Артёма и очень тихо спрашивает.
- Это правда, мамочка?
- Правда, милая. Я тебя никогда не обманывала.., - дрожащим голосом начинаю я, но Артем меня перебивает.
- Это абсолютная правда, Вера. Ты моя дочь и я теперь всегда буду рядом. Если ты этого захочешь, конечно. Я хочу.
Мужчина тоже волнуется. Продолжая стоять перед девочкой на коленях, он легонько касается её комбинезона и вновь предлагает свою помощь.
- Я помогу?
Вера, через пару секунд, осторожно кивает и я немного успокаиваюсь. Это явно хороший знак.
Когда комбинезон был снят, Вера внимательно посмотрела на Артёма и также тихо сказала.
- Значит я могу называть тебя папой?
Артём подался к девочке и быстро увлек её в свои объятия.
Девочка, не ожидавшая такого порыва, вначале сжалась, а потом так сильно прижалась к отцу, что даже маленькие ручки побелели от напряжения.
- Конечно можешь.., - хрипло пробормотал Воронков на ухо дочери.
Я стояла и плакала. Было безумно жаль, что Артем столько всего пропустил в жизни Веры, но теперь я уже точно уверена, что они наверстают. Они обязательно всё наверстают и смогут дать друг другу очень многое. Пусть наши личные судьбы пойдут разными дорогами, зато пути Веры и Артёма навсегда будут связаны. В этом я теперь уверена на сто процентов.
Сейчас меня пугал только разговор с Верой о будущей семье папы. Как она это воспримет? В садике были дети, у которых родители жили раздельно, но… Но у Веры была своя ситуация. Она папу только встретила и ей уж точно сейчас захочется его огромного внимания и вселенской любви. Хотя возможно я и накручиваю себя, а на самом деле она всё сразу же поймет и примет. То есть поступит не так как я. Мне принять и осознать тяжело. А после того, что произошло между нами сегодня, мне это будет сделать сложнее вдвойне.
Выпустив друг друга из объятий, папа и дочь, не сговариваясь улыбнулись. И сделали это так…
Боже, остатки самообладания оставили меня и я не сдержавшись разревелась.
- Мамочка, ты почему плачешь? – подбежала ко мне малышка и приобняла за талию.
- Это так… от радости, - сквозь слезы пропищала я и погладила Веру по светлой макушке.
И тут я почувствовала ещё одни объятия. Вначале легкие, а потом более крепкие и сильные. Артём прижал меня с Верой к себе и сипло проговорил.
- Не плачь… не нужно.
После его слов, я пропечаталась к его теплому плечу и еще сильнее расплакалась.
Как жаль, что из нашего трио не получится настоящей семьи. Как же мне жаль!
3.6
3.6
Пока Вера и Артём умывались в ванной комнате, я убрала оставшиеся следы нашей близости и вскипятила чайник.
В кухню папа и дочь вошли вместе. Вера улыбалась, а Воронков что-то тихо ей рассказывал.
Я отвернулась, чтобы помазать утренние фаршированные блины маслом и вновь расчувствовалась. Так это всё непривычно и так эмоционально окрашено… глаза на мокром месте.
- Мамочка, мы угостим папу блинчиками с творогом и изюмом?- приобнимая меня сзади, щебечет дочка.
- Ага, - выдыхаю я и пытаюсь собраться.
«Надо брать себя в руки, Ника» - как заклинание шепчу себе я, пока разогреваю блины на сковороде.
- Присядьте.., вернее присядь вот на этот стул, па-па, - пропевает Вера и от того, какой сильный она делает акцент на слове «папа», я вновь начинаю смахивать слезинки с глаз.
- Хорошо, - хрипло отвечает дочери Воронков.
«Да что такое?!» - даю себе внутренний пинок я и дую на глаза, чтобы остановить мелкие капли слез.
- Мамочка делает очень вкусные блинчики, па-па. Пальчики оближешь… А ты где живёшь?
Лопатка замирает в воздухе, когда я слышу Верин вопрос. Вот и началось…
- В доме. Примерно в часе езды отсюда.
- Мммм. А ты один живёшь? Мамочка говорила, что у тебя есть брат, па-па.
- Есть брат, верно. Пётр, - лаконично отвечает Артём, но мою, обычно не любопытную дочь, этот ответ не устраивает.
- Ты с ним живёшь?
- И с ним тоже. А ещё с дядей, его женой и.., - мелкая запинка, - …и её дочерью.
- Значит пять человек живут в одном доме!? Много. Вот мы с мамой вдвоём живём и если ты хочешь, можешь к нам переехать – лучше жить втроём, чем впятером. Верно?
В кухне воцаряется тишина. А потом моя лопатка падает на стол и я с усилием натягиваю на губы улыбку. Очень медленно я разворачиваюсь к дочери и Воронкову, и слишком наигранно проговариваю.