- Так! Стоп. Пошли ко мне, там и поговорим.
- Но как же… я не могу уйти… вдруг…
- Пошли, здесь пять минут до соседнего отделения идти. Тем более Воронков спит после операции и тебя пропустят к нему часа через три, когда он придет в себя. Как раз к шести утра сюда вернёшься.
Я ловлю её руку и тихо бормочу.
- Я никуда. Отсюда. Не уйду. Просто скажи что с ним. Прошу.
Мария щурится и долго вглядывается в мое лицо. А потом отводит глаза и отвечает.
- Операция прошла хорошо. Ходить будет. Благо Лебедев сегодня дежурил…Ээээ… ты чего?
Я скатываюсь на пол - на колени и от счастья готова полы больничные целовать.
Боже! Всё хорошо… Он живой и будет ходить! Всё хорошо!
- Вколю я тебе чего-нибудь сейчас, ненормальная ты женщина. И что только Артём в тебе нашел? Столько бесполезных эмоций… Глупости.
Мария резко подрывается с места, но я успеваю заметить как её глаза наполняются слезами.
- Спасибо, - тихо выговариваю я, на что она не оборачиваясь машет рукой, типа отстань от меня.
А я поднимаюсь с пола на кушетку и с огромным облегчением пишу Марине смс: «операция прошла хорошо, через три часа его увижу». В ответ от Марины приходит счастливый смайлик и я снова прикрываю глаза от бессилия.
Ровно через три часа, я скребусь в двери реанимационного отделения, откуда тут же выходит молодая медсестра.
- Можно к Воронкову Артёму? Мне сказали, что через три часа он придет в себя и…
- Уже пришел в себя, - перебивает меня сестричка, - только на десять минут и говорить ему нельзя.
Нацепив шапочку с бахилами, я крадучись вхожу во вторую послеоперационную палату и замираю на пороге. Артём лежит весь в трубках и проводах, а ноги перевязаны бинтами и немного приподняты над кроватью.
- Привет, - шепотом бормочу я и Артем тут же открывает глаза, - мне разрешили зайти…
Я больше ничего не в силах сказать: слёзы текут и я никак не могу взять себя в руки. Наверное права Мария – истеричка я, но всё равно, даже на секунду не могу переключиться. Так жалко его и так хочется кинуться к Артему на шею и больше никогда не расставаться с ним. А ещё, до одури хочется, забрать его боль и исцелить его силой мысли и любви.
- Люблю тебя, миленький. Люблю тебя больше жизни.., - шваркая носом, сиплю я, - прости меня за вот это всё… за слезы. Тебе и так плохо, а ещё я…
Я прикусываю язык, потому что мужчина тянет ко мне ладонь и прикрыв веки отрицательно качает головой. Когда я подхватываю его руку, он растягивает губы в лёгкой, еле заметной улыбке, а после хриплым шёпотом говорит всего лишь одно слово: «люблю».
еще будет эпилог))) мои поцелуи❤❤❤
Эпилог
Эпилог
Один месяц спустя
Доготовив обед, я обвожу взглядом кухню и ещё раз проверяю всё ли в порядке. Артем ещё не был в нашей новой квартире, поэтому я немного волнуюсь: понравится, не понравится, а может и вовсе разозлится, что я всё это провернула без него. Вернее не я одна была организатором этой затеи. В этой авантюре мне помогал Петя и его подруга, у которой мама работает в агентстве недвижимости.
Петя прилетел из санатория на второй день после аварии и не один. На юге он познакомился с девочкой, с такими же особенностями, как и у него и они вначале очень сдружились, а потом и влюбились друг в друга без оглядки. Миниатюрная Поля и высокий, худощавый Петя подходили друг другу безусловно. Оба красивые, лучистые и необыкновенно добрые. Они стали моей поддержкой в этот не простой месяц. А Полинкина мама, когда узнала о нашей ситуации, стала действовать.
- Ребята могут и у нас пока жить, - эмоционально шептала мне Елизавета Болотова, пока мы смотрели как дурачатся Вера с Полинкой в нашей небольшой однушке, - а вам нужно расширяться. Я во всём помогу. Петя… он такой хороший. Моя Полюшка с ним расцвела! В общем чем смогу, тем помогу, Вероника.
И помогла. Я бросилась в эту авантюру с головой, потому что верила чудесной семье Болотовых. Елизавета даже мою Веру не спускала с рук, а с Петьки она вообще пылинки сдувала. Петя с Верой даже учились на одном направлении - программирование, только в разных ВУЗах.
Три недели назад, мы продали разбитую машину Артема, который кстати и сам на этом настаивал. Следом мы продали мою однушку, после чего я сняла со счетов все свои накопления. Поездка с Верой на море может немного подождать, главное сейчас Артема поднять на ноги. А в маленькой квартире ему будет не удобно, а про съемную я даже думать не хотела. На работе ещё директор очень помог - выписал мне якобы премию, которая пришлась как раз кстати. А карточку Артема, на которой оказалась приличная сумма денег, мы пока не трогали, хотя я и снимала с неё понемногу, чтобы любимый не ругался. Он и так словно что-то чувствовал. Но я старалась оставить эти деньги на "чёрный день", если можно так сказать.