Князь молча переступил с ноги на ногу. Вид у него был удрученный. Все, что ему рассказали, сильно походило на то, о чем говорила Амина. Он невольно залюбовался своей хулиганкой-женой: глаза горят, волосы разметались по плечам. Нечто подобное она могла вытворять и в Рогведе, и он здорово просчитался, усадив Амину без занятия во дворце, надеясь что она сама найдет себе дело по душе. Стоило ее отправить на какую-то энергичную благотворительную и ерундовую работу, из тех, что так любят скучающие дамы высшего света, например варить обеды для госпиталей в самоорганизованном кружке среди жен его подчиненных, или вязать носки для стариков-ветеранов. Амина умудрилась подшить все попавшиеся ей на глаза шторы и совершить преступление. Князь взглянул поверх головы принцессы и произнес ровным и холодным точно ветер севера голосом:
-Присутствующие при акте вандализма верующие заявили, что были возмущены поступком той женщины. Я не могу отпустить одного и не найти виновного. Это противоречит принципам законности моего государства. -Да, князь. -Знаешь, что это значит для тебя, принцесса? -Нет. -Тебе придется согласно закону семь пункт три взять треть вины и треть наказания. И ничего с этим поделать я не смогу. Амина сжала было губы, но вздох сорвался с ее губ. -Я не могу изменить закон или проигнорировать его, принцесса. Но также я не могу позволить применить телесное наказаие к члену моей семьи. Какой бы плохой представительницей моих интересов она ни была. Поэтому мне придется поменять наказание и выбрать меньшую меру, что применима к обитателям дворца- заточить тебя в темное помещение под северной частью дворца на семь дней. Тебе будет предоставлено семь дней раздумий и молитв в полной изоляции во спасение твоей души. Конечно,кто-то из прежних постояльцев жаловался на сырость.. но я уверен, одного такого раза будет достаточно, чтобы в дальнейшем твой здравый смысл и любовь к твоему мужу возобладали над твоим непонятным и неуместным в данный момент человеколюбием.
-Тави.- окликнув развернувшегося к выходу князя, Амина застыла. Она знала, о каком месте сказал князь. -Ваше высочество, если вы думаете, что в данный момент я располагаю временем, к сожалению нет. Возможно спустя семь дней начиная с завтрашнего я выкрою минуту для вас, но в данный момент я должен идти. -Тави, погоди. Прошу тебя. -Ну. -Ты не можешь так со мной. -Очень даже могу. Тем более это действенное средство, проверенное на многих. -Тави, там сыро и холодно. А я...- Амина замолчала. -Что- ты? Завернешься в тот плащ, что заберут у твоей воровки. -Я сама ей его отдала. -Восемь дней. Восьмой надбавкой за несогласованную благотворительность. -Этот плащ я привезла из дома. Тави, ты пожалеешь если спрячешь меня в темницу. -Девочка не угрожай мне!- князь обернулся и предостерегающе поднял палец вверх. -Восемь дней в темноте и в одиночестве это пытка. -Я распоряжусь дать тебе фонарь и кодекс Даринтии, дабы ты ознакомилась с ним, во избежание повторения подобного. -Я убегу отсюда.- сказала Амина.-Сбегу к сестре в Каим и никто меня не удержит. -На границе задержат. А я тебя после этого в монастырь упеку. Вон тот, что из окна виден. Амина встряхнула волосами. Губы ее дрожали. Князь едва сдерживался чтоб не коснуться ее лица. -Нет. Я в темницу не пойду. -Запомни, я здесь оберегаю порядок, и до того как ты родилась, так шло. Никаких исключений. -Мой повелитель.- Амина сложила руки на груди. Затем, смиренно наклонив голову, сказала отчетливо: -Я приму любое наказание. Но всю ответственность нести будешь ты. -Что ты хочешь этим сказать? -Я хотела сообщить тебе вечером, но видно так нужно. Там холодно и сыро, и ты погубишь невинную душу. -Вот так и невинную.- усмехнулся князь. Он знал, что больше чем на одну ночь запереть свою красивую и неосторожную жену не поднимется рука. Но припугнуть стоит. -Я не о себе волнуюсь вовсе.- Амина склонилась к самому полу.-Сама я не могу просить за себя. Я тебя расстроила, я вижу. -Принцесса, семь дней. Семь. Но не могу я совсем простить такое. -Я жду ребенка.- сказала Амина, отводя глаза. -Что девочка? -Правитель Даринтии оказывал мне честь, деля со мной постель и я ношу его ребенка.- ответила принцесса. -Точно? -Другого любовника у меня нет и не будет. Князь переступил с ноги на ногу. Выглядел он растерянным. Молчал долго. Затем поднял на пару секунд глаза к небу и пробормотал: -Вот дела. Пристально посмотрел на Амину. Принцесса вскинула голову. -Так. Иди в свои покои. И никому ни слова пока. Поняла? -Да, князь. -Никому, даже своей служанке. Посидишь в своих комнатах вместо подземелья недельку. Подумаешь. -Ты меня не поцелуешь? -Вечером. Вечером я приду и ты расскажешь мне подробней. -Поцелуй что простил.-Амина прижалась к растерянному князю. Он вдруг жадно и глубоко поцеловал ее, точно все время об этом думал. Затем погладил Амину по голове. -Сардар болтал, что перестает развлекаться с женой как только заметно тельце, дабы не выдавить плод. У тебя нащупывается уже? Принцесса покачала головой. -Скажешь честно? Я не буду заводить наложницу на оставшееся до родов время, как делают прочие. Впрочем, иди. Сам приду, пощупаю.- с этими словами князь махнул рукой, и принцесса вышла. *Я его обманула.- думала, ступая по коридорам Амина.- Он будет ждать того, чего нет. Он пытался быть строгим, но не смог скрыть радость.*