Ответить что-либо на слова королевы я не успеваю, так как к нам подходит его величество.
– Здравствуй, Скайран, – коротко бросает он и протягивает руку жене. – Пойдём, Рэна.
Король и королева ушли в центр зала, а я решил, что с меня на сегодня хватит праздника, и направился к выходу из бального зала.
В коридоре меня уже поджидал Коул. Шпион был переодет в доспехи дворцовой стражи. Он поклонился и, воспользовавшись моментом, пока никого нет, тихо сказал:
– Всё готово, господин, отчёт о проделанной работе у вас на столе.
– Проблемы были? – поинтересовался я.
– Нет, господин. Ещё указания будут?
Коул чеканил каждое слово, что было свойственно только военным. Держался ровно и не отличался особой многословностью.
– Да, – сказал я и протянул Коулу записку, сложенную вчетверо. – Оставь это в комнате её высочества, желательно на видном месте. И наложи заклятье на опознавание ауры, не хочу, чтобы послание прочёл кто-то кроме неё.
– Будет сделано.
Приняв записку из моих рук, Коул буквально растворился в воздухе, словно призрак. Мне всегда было не по себе, когда он так делает. Складывается ощущение, словно он не живой человек, а настоящее привидение, хотя на деле это просто хитрый фокус, которому обучают восточные мастера.
Решаю вернуться в комнату: мне сегодня предстоит изучить отчёты, а ещё очень хочется взглянуть на работу кузнеца. Как раз сегодня доставили копию клинка, который нам с Ришей предстоит выкрасть через пару дней.
***
Разбросанные на столе бумаги совсем не вызывали желания изучать их всю ночь напролёт, но делать нечего, так как существует понятие «надо».
Начинаю перебирать листы, быстро пробегаюсь по их содержанию. Что-то откладываю на потом, а что-то требует немедленного отклика.
Вот к примеру письмо от Кайла: друг пишет, что Мэй с её отрядом, который отстранили от военной службы, прибыли на территорию графства и были приняты с распростёртыми объятиями. Каждой девушке было выделено жильё и некоторые из них решили перевезти свои семьи в новый дом.
Новость о том, что абсолютно все разведчицы остались и согласились помогать в заговоре, порадовала. Как только вернусь обратно домой, им будет предоставлена работа.
Я не сразу обратил внимание, но в письме от Кайла была приписка и ещё один лист.
«Твои художества Скайран? Душевно, мне понравилось.»
От написанного так и веяло ехидством и озорством Кайла. Развернул лист и взглянул на написанное. Я сразу узнал свой собственный почерк, скомкал лист и бросил на стол.
– Зараза! – выругался я. – И где только раскопал, сволочь! Увижу – убью, засранца! Вечно суёт нос, куда не следует!
Немного поворчав на друга, продолжил дальше разбирать бумаги.
В отчёте, оставленном мне Коулом, было подробно расписано, что он видел в дворцовых катакомбах, где расположены темницы. Как я и предполагал, посол Мариса действительно находился там.
Поговорить с ним не удалось, но сам факт уже говорил о многом. Главное теперь не допустить смерти посла. Как только свершиться переворот, его освободят. Марисцы – не самый воинственный народ; если объяснить ситуацию и выдать виновных, то конфликт должен быть исчерпан.
С Ристаром будет куда сложнее урегулировать конфликт. Им только дай повод, сразу лезут в драку.
Несколько лет назад уже были стычки с ристарцами, но после прихода к ним нового короля ситуация стала спокойной. По крайней мере пока не убили их посла, они не проявляли агрессии.
Решить данную проблему переговорами вряд ли удастся, но всё же я надеюсь, что у меня получится избежать лишнего кровопролития.
Я устало откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Как же я устал от всех этих интриг и заговоров. На войне всё гораздо проще, есть чёткая иерархия, приказы и подчинение, а во дворце постоянные интриги, недомолвки и хитросплетения. Мне постоянно приходится думать на несколько шагов вперёд. Оступиться нельзя, любая, даже самая маленькая ошибка может привести к ужасным последствиям.