Принцесса, особенно с принципами — это самый эффективный и перспективный информационный повод.
А тут еще загадочная Россия, тайга, космос, бездорожье, нелетная погода, странные обстоятельства — идеальная ситуация для поднятия любого рейтинга.
2 Стыковка на орбите
Принцесса ловко плыла в невесомости по длинному коридору, соединяющему жилой отсек с лабораторией.
На станции было невыносимо жарко — то ли кондиционеры забастовали, то ли при коррекции орбиты вкралась ошибка.
Принцесса давно избавилась от всех одежд, оставив на увлажненном теле лишь эластичные трусики с широкой резинкой из специальной ткани и лифчик из такой же ткани, удерживающий грудь всегда в самом выигрышном положении.
В коридорном иллюминаторе что-то блеснуло снаружи, похожее на скафандр.
— Опять затеяли выход в открытый космос без меня! — крикнула Принцесса и начала зло колотить ладонью по иллюминатору. — Опять без меня!
Коридорный иллюминатор был единственным предметом, который давал хоть какую-то прохладу.
Устав лупить по бронированному стеклу, Принцесса развернулась поперек коридора и зависла.
Ей так хотелось прижаться разгоряченной щекой к блаженной стылости, напоминающей круглую льдину.
Так хотелось…
Но Принцесса не успела остудить лицо.
Перед ней вдруг зависла могучая фигура совершенно голого мужчины, и его ладони решительно и даже грубо обхватили ее грудь.
Да, американские астронавты никогда не позволили бы себе таких фривольностей в полете… А вот русским свойственно выражать свои тайные эмоции в самое неподходящее время, в самых неожиданных местах и в крайне откровенных и грубых выражениях… Принцесса что-то слышала об этом…
Голый космонавт тем временем нагло сдернул с дочери миллиардера упругий лифчик. Следом были сорваны и эффектно зависли в воздухе полупрозрачные трусики американской гражданки.
Принцесса, конечно, попыталась оказать насильнику достойное сопротивление, но этим только усугубила ситуацию.
Лифчик, паря в невесомости, удалился в сторону жилого отсека.
А трусики почему-то проследовали в противоположном направлении.
Отбиваясь от наседающего космонавта, Принцесса физически ощутила, что русский безбашенный парень явно хочет именно того, на что всегда провоцирует обнаженная натура.
Ей почему-то вдруг расхотелось сопротивляться, и она безвольно и фатально расслабилась…
Принцесса проснулась от воображаемой, сладостной, пульсирующей боли, пронзающей ее влагалище до самого-самого донышка…
И увидела две пары глаз — волчьи и человеческие. В первых искрили обожание и преданность, во вторых появился пугающий огонек запретного желания и вожделения.
Принцесса мгновенно притворилась спящей.
3 Алкогольный омут
Начальник Центра подготовки космических туристов по-прежнему маялся на командном пункте штаба спасателей.
Погода не желала улучшаться ни по одному из параметров.
Ветер усилился, как и снегопад.
Оставалось только ждать, ждать и ждать.
Впрочем, печальный пасьянс из контрольных снимков тренирующейся Принцессы сменило пусть и одиночное, но застолье.
Провинциальные служаки доставили столичному гостю не только неблагоприятный прогноз синоптиков на ближайшие двое суток, но и бутыль крепчайшего самогона, жбан квашеной по старинным рецептам капусты. А также огурцы, засоленные традиционным сибирским способом: с осени проконопаченный и залитый смолой бочонок покоился на дне озера под толстым слоем льда, и был извлечен на поверхность через прорубь в честь прибытия высокого космического эмиссара.
Начальник Центра подготовки космических туристов упрямо созерцал приношения и никак не решался открыть бутыль.
Местные чины забыли приложить к обеденному набору стакан.
Но тут вторгся помощник, отвечающий за связи с общественностью.
В одной руке он держал две алюминиевые походные кружки, а в другой — поднос, на котором исходил паром великолепный жареный гусь, нафаршированный гречкой.
— Акулы пера достали!
Помощник ловко пристроил гуся в центре стола, потеснив пряные закуски.
— Жаждут любой новой информации, любой.
— Скажи гадам, что я сегодня наверняка напьюсь.
— Надо какую-то правдоподобную ахинею им подбросить о самой катастрофе. — Помощник налил боссу полкружки самогона. — А то, чувствую, тема нашей туристочки им уже приелась.