— Еще бы, без военачальника-то, — хмыкнул Генри.
— Это — «Кровь луны», — принцесса дотронулась до другого камня, поменьше, но, казалось, более яркого. — Истинный свой цвет он обретает только в полнолуние. Его привезли из-за моря, там он принадлежал какой-то языческой жрице, почитавшей Луну как богиню, отсюда и название. Но он и в самом деле хорош в лунные ночи…
— И что, у каждого камешка есть свое имя? — не удержался Монтроз.
— Разумеется, — серьезно ответила девушка. — И если тебе интересно…
— Очень! — заверил он, завернул ожерелье и спрятал. — Вечерком на привале непременно расскажешь, а пока пора и делом заняться. Время теряем, а его и так в обрез!
— Ты не скажешь, куда и зачем собираешься везти меня? — лицо принцессы было сама безмятежность, но Генри уже понял, что нарвался не на тепличный цветок, а на… черт его знает, на что именно!
— Всему своё время, — ответил он уклончиво. — Ты не бойся, ничего дурного тебе не сделают. Никто не сделает, а я тем более. В том смысле… — он мотнул головой. — Короче, я не знаю, как у вас по этикету там положено, но говорю сразу: пока мы в пути, ты для меня просто ценный груз, ясно? Руки распускать не стану, кому чужому тоже грабли поотшибаю, если что. Но и ты понятие имей, — добавил Генри, подумав. — Договорились?
— Думаю, да, — после паузы кивнула принцесса. — И когда же мы отправимся в путь, Генри?
— Ну не сию же секунду! — огрызнулся он. Лучше бы спала, право слово! Теперь расспросами замучает… — Лагерь надо свернуть, а кроме того… Увидишь, в общем!
— Хорошо, — серьезно сказала девушка. — Могу я задавать тебе вопросы?
— Можешь, — с тяжелым сердцем разрешил Генри. — Но если я на какой-то из них не смогу ответить, я так и скажу. Или «не знаю», или «не могу». Идёт?
— Идёт, — помолчав, ответила принцесса. Похоже, она очень быстро приспосабливалась к изменившемуся миру…
4
— Не допустили ли мы ошибки? — произнес Ивэйн Хоуэлл в пространство.
Он стоял у камина, глядя в огонь, высокий, сухощавый — тень его шевелилась у ног, будто живая.
— Отчего вдруг такой вопрос? — Рональд Хоуэлл покачивал в ладонях широкий бокал — его молочно-белое содержимое, казалось, слабо опалесцировало, иногда взблескивая неожиданной искрой. Так оно и было на самом деле: «Белый опал», редкое и дорогое вино из Ханьского царства, был по карману далеко не каждому. Да и поди еще достань… — М-м… Ив, отличное вино. Конфискат?
— Разумеется, — усмехнулся его брат. — Ты же знаешь, что Хань торгует только с одной корпорацией, и это не мы.
— Можешь не напоминать, — криво улыбнулся в ответ Рональд.
Увы, восточные владыки были упрямы и не понимали собственной выгоды, не желали прислушаться к заманчивым предложениям других корпораций. У них имелись какие-то свои, крайне замысловатые понятия о деловой этике, не разберешься сходу. Только те, кто имел с восточными людьми дело на протяжении жизни нескольких поколений, мог более-менее точно предсказать их поведение, но… Пытаясь понять тех же ханьцев, люди Запада постепенно превращались в людей Востока, и налаживать с ними отношения было задачей непростой.
— Так о чем ты толковал? — напомнил младший Хоуэлл.
— О нашей затее, — покосился на него Ивэйн. — Времени прошло много, а известий…
— Известий пока нет, — кивнул Рональд. — Но те сведения, что мы успели получить, доказывают — мы движемся в верном направлении.
— Это свидетельство всего лишь одного человека, дилетанта к тому же, — нахмурился старший Хоуэлл. — Ни один из специалистов до места пока не добрался, и…
— Ни один из специалистов, работающих на конкурентов, не добрался тоже, — тонко улыбнулся ему в ответ близнец. — И, не забывай, наш человек снабжен всеми необходимыми измерительными приборами, поэтому на его доклады можно положиться.
— Ты так уверен? — глава корпорации взял со столика свой бокал, покачал в нем вино, заставив его поверхность заиграть разными красками. — Ты можешь поручиться, что он не перекуплен тем же «Кармайклом»?
— Стопроцентной гарантии дать не могу, — Рональд прикрыл глаза. — Но прежде этот человек не подводил. Кроме того, наши информаторы в других корпорациях не сообщают ничего такого, что дало бы пищу к подобным размышлениям. А они…