Не было никаких сомнений в том, что Клио не верит ни единому слову Голосов. Но тем не менее она ответила:
— Тогда убедите меня.
— Ваш статус на время сотрудничества — тайси. Он действует до тех пор, пока вы не покинете пределы Конфедерации. Также мы отправим в Доминион своих людей в рамках санкин котай. Дайдзё-дайдзин получит официальное уведомление от криптархов. — Голоса повернулись к Минерве. — Советница Дюпре, распакуйте оружие.
Развернула защитную ткань, Минерва невольно залюбовалась. Это было скорее произведение искусства, а не орудие убийства. По рукоятям, сегментированным клинкам и пластинам экзоскелета вились выгравированные вручную иероглифы.
— Красивое оружие, — сказала советница. — Оно подходит вам.
Клио проигнорировала комплимент.
— Создатель этого меча заключил в нём часть своей души.
— Кто его выковал?
— Хаттори Ханзо.
Даже конфедераты слышали про этого мастера-оружейника, выковавшего величайшие метаклинки. О нём ходили разные слухи, но никто всерьёз не верил, что он находится на службе одного из Домов.
— Мы не нашли среди иероглифов имена метаклинков, — сказали Голоса.
— Это подтверждение их подлинности — Ханзо никогда не наносил имя меча на клинок. Полное имя знаю только два человека — сам Ханзо и владелец метаклинка. Больше никто. Остальным может быть известна лишь часть имени. Но полное — никогда.
— Могу я узнать его имя? — вежливо спросила советница, положив ладонь на длинный метаклинок.
— Акудзики.
Минерва переместила руку на короткий меч.
— Дзампакто.
Глава V: Молитва в ночи
На протяжении долгих десятилетий рассвет в столице представлял собой унылое зрелище: едва заметные солнечные лучи лишь частично разгоняли мрак.
Минерва проснулась задолго до начала утра. Она по-прежнему хранила верность привычкам, полученным за время службы в «Прайде». Как обычно, сначала она преклонила колени перед небольшим алтарём.
От молитвы её отвлёк писк коммуникатора. Нашарив устройство в темноте, советница поднесла его к уху.
— ...шишь меня?
— Говори, Аканэ.
— Через несколько часов прибывает посольство Доминиона.
— А говорили, завтра.
— Старая уловка.
— Да поможет нам Бог...
— Тебе нужно подготовиться — будет официальный приём. Возможно, тебе придётся присутствовать.
* * *
Минерва, Аканэ и Голоса расположились на балконе, с которого просматривалась посадочная площадка, на которую только что сел конвертоплан без опознавательных знаков.
— Они с собой что, целый обоз притащили? — спросила Аканэ, рассматривая горы багажа. — Делегацию вообще досматривали?
— Нет, — ответили Голоса. — Посольская неприкосновенность. Мы не хотим обострять отношения с Доминионом. Сокэ Серас будет особенно нетерпима к оскорблениям, с которыми может столкнуться её посольство.
— Значит, они могли протащить сюда горы запрещённого оборудования.
— Нам придётся смириться с этим.
— А это ещё кто? — спросила Аканэ, разглядывая спускающихся по аппарели доминионцев.
— Жёны Клио, — ответили Голоса, безошибочно определив, кого Аканэ имела в виду.
— Зачем они приехали? Может, надоели Валерии своими капризами? Или чтобы Клио было чем заняться в промежутках между устроением резни?
— Вам не нужно знать это, Аканэ Караномори. Воспринимайте их появление как данность.
Минерва поднесла к глазам бинокль. От посадочной площадки шли три женщины в сопровождении послов и воинов. Каждый их жест свидетельствовал о превосходстве, каждая деталь туалета — о статусе. На них смотрел весь мир, и потому приходилось держать марку. Это и были жёны Клио.
У всех знатных дам было несколько супругов. Ещё одна традиция, доставшаяся Доминиону от тайцев. Когда-то в Тайланде были распространённым явлением были женские пары, роли в которых были чётко разделены на мужскую и женскую. Позже аристократка сочеталась браком с мужчиной из числа чистокровных для продолжения рода. У Клио супруга ещё не было, хотя, по подсчётам Минервы, принцессе было около тридцати лет.
— Обратите внимание на блондинку в центре.
— Вижу.
— Это око Клио Серас, Юлия Ягрелл. Их брак был продиктован чисто политическими соображениями — Дом Ягрелл является основным противником Дома Серас на протяжении последних дву десятилетий. Они старые соперники, которые решили объединиться через брак.
— Представляю, что почувствовала Ягрелл, когда узнала, что её выдадут за сраную айноко из Серасов, — фыркнула Аканэ.