— А курение в нашем присутствии не считается невежливым? — спросила Аканэ.
— Странный вопрос для той, кто не так давно считался вещью с точки зрения нашего права. В твоём присутствии я могу не одеваться и ходить обнажённой, не то что курить.
— Аканэ больше не рабыня, домина Серас, — напомнила Минерва.
— Не имеет значения. У Доминиона долгая память.
— Только из уважения к собравшимся... — Аканэ встала и скрестила руки на груди.
Клио не позволила ей договорить:
— Только из уважения к собравшимся я не выброшу тебя в окно.
Принцесса тоже поднялась со своего табурета и нависла над Караномори. Она была на голову выше и стала ещё массивнее из-за доспехов.
— Но если ты ещё раз откроешь рот, то я могу передумать, — мрачно посулила Клио.
У неё снова появился японский акцент. Минерва слышала его уже несколько раз. Так бывало только в тех случаях, когда принцесса злилась или хотела напомнить о своём происхождении. Всё остальное время она говорила без акцента.
Дело принимало опасный оборот.
— Дамы. — Минерва вклинилась между воительницами и положила каждой руку на плечо. — Держите себя в рамках.
Аканэ пожала плечами и вернулась на место. Клио вырвалась было, но всё же позволила Минерве отвести себя в сторону.
— Можете называть меня просто Минерва, — предложила ей советница. — Могу я звать вас...
— Магос домина Серас, — сказала Клио, настаивая на соблюдении формальностей. — Это обращение прекрасно соответствует моему статусу. И вашему тоже.
— Минерва просто хотела быть с вами дружелюбной, — сказала Аканэ.
Клио выдохнула в её сторону струю пара.
— Конфедераты, видимо, совсем идиоты, раз позволяют своим собакам не только сидеть с ними за одним столом, но ещё и подавать голос когда вздумается.
— Мы полагаем, что обращения «химэ» будет более чем достаточно, — вмешались Голоса. — Вы не против, химэ Серас?
Клио злобно засопела, но ничего не ответила. Вместо этого она ушла в дальний угол, прихватив с собой табурет.
— Когда-нибудь вам придётся научиться принимать лесть и вежливую ложь такой, какая она есть, химэ Серас. Не говоря уже о поиске компромиссов. Теперь вы политик, а не воин.
— И меня это не радует.
— Мы могли бы убить вас, химэ Серас. Даже не смотря на последствия. Но мы предпочли компромисс. В большой политике нет места личным предпочтениям.
— Вы бы не сделали этого.
— Вы уверены, химэ Серас?
— Абсолютно. Лучше представить меня как триумфатора, а не как мученическую икону. Это в ваших же интересах.
— Вопросы о компенсации за массовое убийство, произошедшее в Доме Перро, мы отложим до лучших времён. Сейчас нас интересует другой вопрос: что вы планируете предпринять для поиска шпионов?
— Я задействую хитокири и синоби. В своих людях я полностью уверенна. Мы найдём и доставим к вам шпиона. О деталях вы узнаете позже, когда я обсужу ситуацию со своими воинами.
* * *
Юлия Ягрелл сидела перед зеркалом, поправляя причёску, когда за дверь послышался шум. Раздались шаги, приглушённые ковром.
— Я же велела никого не пускать.
— На меня твои пожелания не распространяются, Юлия. — В зеркале появилось отражение Клио.
Она вошла в её покои, не удосужившись снять бронекостюм.
— Я же говорила тебе, что не потерплю в своей спальне облачений хитокири. Оставляй их за порогом и приходи ко мне как жена. Не как воительница.
Клио подошла с ней сзади, обхватила рукой поперёк груди. Броня холодила кожу через тонкую ткань.
— У тебя волосы ментолом воняют, — сказала она, принюхавшись. — Опять курила эти мерзкие сигареты? Ты забыла, что мне не нравится этот запах?
Юлия вырвалась.
— И что? Ты всё равно не прикасалось ко мне уже несколько месяцев. Не всё ли равно, как от меня пахнет?
Клио порвала на ней блузку.
— Я уже и забыла, как ты красива.
Сняв перчатки, она накрыла ладонями грудь Юлии.
— Сейчас я уйду, Юлия, — сказала Клио, любуясь своей око. — Но я хочу, чтобы ты подготовилась к этой ночи. И я буду не в том настроении чтобы спрашивать, хочешь ли ты спать со мной.
Воительница развернулась и пошла к двери.
— Клио.
Юлия схватила её за руку. Пальцы ощутили на запястье плетеный браслет. Юлия специально освоила кумихико, чтобы сделать своей жене подарок. Тот факт, что Клио по-прежнему носила браслет, вселял надежду.
— Не уходи.
— Я не могу остаться, любовь моя. Сделай подношение Такэмикадзути — меня ждёт опасное начинание.
— Твоё место здесь, со мной. — Юлия провела рукой по своему животу. — Я не выдержу, если опять увижу тебя регенерационной капсуле.