- Да, - она действительно поняла. Воспоминания снова заполонили голову, но теперь девушка пыталась вспомнить не весь день последовательно, а только момент начала восстания. Получалось плохо, это были какие-то кадры, а не полноценные воспоминания, будто кто-то разрезал пленку в нескольких местах, оставляя лишь кусочки, вместо полноценной записи. - Я должна буду рассказать все, что помню про восстание?
- Да, иначе он не сможет нам помочь. Пойдем, чем быстрее мы соберем армию под твое крыло, тем быстрее вернем дворец себе и посадим тебя на трон. Пусть ты и коронованная принцесса, но еще не королева.
- Мама тоже пришла к власти войной? - раньше она никогда не интересовалась этой стороной восхождения Федоровых на престол, но сейчас поняла, что самое время. Ведь по сути, она так мало знала о собственной матери. - Так же, как хотели прийти восставшие?
- Твоя мать забирала то, что принадлежит ей по праву. Она просила о мире, предупреждала о войне, - Вера была зла, будто внучка посмела обвинить Луизу во всех смертных грехах сразу. - Твоя мама была лучшей правительницей за последнее время, а уж я повидала их немало. Она просила президента отдать ей власть без боя, сложить с себя полномочия, ведь страна недовольна, но он ударил первый. Луиза защищалась, так что никогда не смей сравнивать действия своей матери с тем, что сотворили эти ублюдки. Поняла?
- Поняла, - но на самом деле девушка не поняла. В ее голове не мог уместиться факт военного переворота и правильности этого самого переворота, а гнев бабушки был очередным доказательством того, что в этой истории все было не так гладко и красиво, как преподносили родители и многочисленные историки, учившие императорскую семью.
Антуанетта думала об этом всю дорогу, пока они спускались по лестнице. На уроках истории весь переворот преподносили, как какую-то прекрасную легенду, где храбрая принцесса отвоевывает трон у монстра-президента, ее коронуют и все счастливы. И девушка верила в эту версию ровно до сегодняшнего дня. Потому что сама увидела, как опасен и страшен переворот, сколько боли и крови он несет, какую кровавую бойню представляет. Тони хотела знать, как на самом деле пришла к власти ее мать, хотела понять ее, пусть и слишком поздно.
- Ваше Высочество, - Эдуард склонился в поклоне, замечая принцессу, но девушке было все равно. Видеть знакомое лицо, знать, что он живой и здоровый, было выше ее сил. Антуанетта вырвала руку из крепко сжимающей бабушкиной ладони и бросилась в объятия мужчины. Он был с ее матерью всегда, со времен ее коронации и являлся крестным отцом старшей принцессы. - Тони.
Он был счастлив увидеть ее живой. Новости о падении королевской семьи достигли его вчера ночью, и Эдуард не стал ждать рассвета. Машина мчалась почти на максимальной скорости, но ко дворцу он не поехал. Остановился неподалеку от поляны и пешком взобрался на склон, с которого простирался прекрасный вид на дворец.
Флаги были опущены, а по периметру стояло множество солдат. Эдуард нахмурился, отмечая знакомые лица и вспоминая, что это были офицеры армии. Но официально армия не присягнула новому правительству, все ждут объявления переворота, признания этого факта совершенным. Мужчина впитывал все, что видел, как губка, стараясь не упустить ни одной детали. Он еще надеялся, что кто-то жив, и знал, где искать Веру.
Все это он рассказал, пока они сидели у камина в гостиной. Антуанетте казалось, что ситуация слишком сюрреалистична, даже абсурдна. Еще совсем недавно все было прекрасно, их империя ни в чем не нуждалась, а люди не возмущались, но сейчас будто все восстали против династии, мечтая ее свергнуть.
- Это не так, - Эдуард взял за руку крестницу, заставляя тем самым перевести взгляд с языков пламени на него. - Люди не поддерживают переворота. Проблема в том, что никто не понимает случившегося. Прошло уже достаточно времени, чтобы объявить о свержении Федоровых, но этого до сих пор не произошло. Быть может, кому-то еще удалось спастись, и теперь армия присягнула последнему правителю. Я не верю в предательство офицеров, принцесса, они любили твою маму всегда и были верны ей. Здесь что-то другое.
- Но что? - Вера сидела в кресле неестественно прямо, и только это выдавало ее напряжение. - Как еще можно объяснить наличие офицеров на территории дворца, если не предательством? Я не верю, что выжил кто-то еще, дети пришли бы ко мне, как и Луиза, тем более она сама отправила Тони сюда. Кто-то еще знал, что ты сбежала?
- В комнате были только мы с мамой. Она закрыла дверь сначала на ключ, а потом передвинула к ней всю мебель, но отказалась бежать со мной. Только просила передать, что Мари погибла.