Девушка помнила, как просила маму рассказать о мире, который та помнила. О детстве, без мобильных телефонов, о Рождестве не 25 декабря, а 7 января, о множестве стран. Но Луиза отказывалась говорить о войне, которую пережила, о захвате маленьких стран и присоединении и империи, да и о создании империи. Все это маленькая пятилетняя Тони узнала из книг, стоящих на низких полках в огромной материнской библиотеке.
Сейчас у них не было большого количества стран. Всего три, но и они находились в состоянии вечной холодной войны для тех, кто жил не у границы. Но у пограничников война была вполне реальная, почти каждый день приходили новости об убитых и раненных, никто не мог остановиться. Ядерное оружие не применяли, потому что это было бессмысленно: какой прок от территорий, на которых невозможно жить? Да и смысла в этом не было, ведь это оружие было у всех трех стран.
Антуанетта не помнила времени, когда они не воевали с Изранью. Когда-то это была небольшая страна, на которую никто не обращал внимание, но постепенно именно она стала захватывать территории, прилегающие к границе. Однако, на политическую арену в качестве сильнейшего игрока Изрань не вступал, ровно до того мгновения, пока не рухнула Анрика. Сначала это был лишь экономических крах, а потом Кёнай атаковал почти незащищенную Анрику. Но тогда еще ядерное оружие использовалось, и в течение всего двух часов треть страны была уничтожена, а остальные сдались без боя, мечтая покинуть зараженную территорию.
Девушка отвернулась от окна, возвращаясь мыслями от истории к вполне насущным проблемам современности. Она не знала, где Эдуард, уже почти сутки и считала, что именно его отсутствие мешает уснуть. А точнее, полное незнание, где он и что с ним случилось. Вера же казалась абсолютно спокойной, но Тони была уверенна, что бабушка переживает не меньше, просто научилась мастерски скрывать эмоции.
Сейчас девушка чувствовала все и сразу: и жгучее одиночество, когда хочется кричать в стену, будто именно она - причина всех бед, и плакать, забившись в угол и жалея себя. Но больше всего Антуанетте хотелось действовать. Она и сама от себя не ожидала подобного, но после первого шока и бесконечной жалости к себе, пришло желание отомстить. Если еще два дня назад она не понимала, как бабушку может подпитывать это самое желание уничтожить врага, то сейчас уже разделяла его, дышала им и находила в нем спасение. В мести. По крайней мере, так было чуть легче примириться с утратой.
Дверь внизу хлопнула, и девушка бросила беглый взгляд на часы, удивляясь столь раннему возвращению бабушки. Было всего два часа дня, а из рассказов матери Тони знала, что уже много лет Вера шьет в мастерской одежду ровно с 10 до 20. Раньше она работала с тремя женщинами, сейчас вместе с ней лишь одна швея и два робота, выполняющих большую часть кропотливой работы, в которой требуется точность. Антуанетта долго думала о том, почему же роботы не отобрали в конечном итоге большую часть работы у людей, ведь они - идеальные машины для нудной и скучной однообразной работы, а по факту сейчас занимают лишь места библиотекарей, иногда дворников, горничных, швей да технарей, где требуется работа искусственного мозга больше, чем живого. Луиза говорила, что только на это роботы и годятся, ведь во многих профессиях заменить человека сложно, потому что робот не чувствует, не мыслит. Он лишь выполняет задачи, поставленные перед ним, и не откланяется от курса.
Девушка вышла из комнаты, не закрывая за собой дверь, и уже собиралась крикнуть со второго этажа, почему Вера вернулась так рано, но окрик так и не сорвался с губ, потому что вместо бабушки внизу стоял Эдуард, наливая себе в стакан воду из графина. Первым порывом Тони было сбежать по ступенькам и все расспросить, узнать, где именно был крестный, что он выяснил и почему не давал о себе знать, но все это девушка задушила в зародыше, делая глубокий вдох и продолжая спускаться также спокойно, как и до этого.
- Эдуард? - мужчина обернулся, только сейчас замечая принцессу, и на его лице появилась усталая улыбка человека, который принес хорошие новости. - Что-то узнал?
- Да, Тони, - он продолжал улыбаться, но не так, как раньше, теперь улыбались и глаза. - Я выяснил, почему армия на территории дворца. Династия не свергнута окончательно. Король Александр жив. Он выжил, твой отец собирается объявить сегодня о том, что произошло на главной площади. Собственно, я приехал за тобой, он еще не знает о твоем спасении. Собирайся, мы возвращаемся во дворец.