***
Перед отъездом состоялся у него с Александром Павловичем серьезный разговор.
-Иваныч, родненький, я и сам не знаю, по кой черт его в тайгу понесло! Ленка разрешила, представляешь? - жаловался Саша, вытирая вспотевший лоб платочком - Сделка у нас с арабами намечается на сотни миллионов, если не пару миллиардов. И вот тут он мне и заявляет: или иду в тайгу с партией и после мы поговорим о деле, или иди ты сам в свою тайгу и там и сиди! А я и так здесь!!! Здесь и так все - мое! Мы этих сарацинов год окучивали! Если сделка выгорит, да меня в Москве в обе щечки сам, - он указал пальцем на небо, - расцелует! А если из-за блажи шейха все провалится - мне конец! Так что хошь - не хошь - ублажайте Александр Павлович друга своего как хотите! Сам же, мудак, его в гости и позвал!
В сердцах Александр хлопнул по столу ладонью. Иваныч редко слышал, что б Саша Веселов ругался. Значит и правда - ситуация!
-Да не переживайте вы так, Александр Палыч. Будь он там шейх или не шейх - выгуляем как надо в первый же день! Ему как наш настоящий сибирский комар своей матерой мордой в глаза заглянет - сразу взвоет! - Иваныч хрипло рассмеялся, - Вы вертолет наготове держите, если что - упакуем вашего мальчика.
-Недооцениваешь ты его. Такого комарами не спугнешь. Не мальчик. Он профессиональный альпинист, на Эвересте был, еще на пару гор лазил. На обоих полюсах был. Рекорд ему принадлежит какой - то там арабский, один через пустыню на верблюде прошел. Тот еще экстремал. А на вид такой няшка, что моя дочурка не скажет! Знать бы заранее!
-Ну и замечательно! Тогда и переживать не о чем, не пропадет и нам обузой не будет. Хотя...
Иваныч закурил.
-Ну что «хотя?» Говори, раз начал, - Сашка терпеть не мог эту манеру Иваныча самое главное оставлять напоследок.
-Меня другое беспокоит. Лена.
-А что Лена? - не понял Александр, - Это ее идея, ее маршрут. Она к нему готова. Не будь там сестры, я бы и разговаривать о какой то там партии геологов не стал!
-Лена ведь, как не крути - баба! То есть - женщина.
-Иваныч, ты только сейчас понял, что она сидя писает?
-Александр Палыч, прости меня, дурака старого, но ты, сынок, не догоняешь? Для наших парней Лена кто угодно - но только не женщина. Не по Сеньке шапка! И они это понимают. А вот с сарацином этим, как ты сам изволил выразиться, другая ситуация. Никто не запретит ему в ней женщину увидеть. Костерок, стожок сена, звезды - дело молодое. Мужик вашего круга. А если у них шуры-муры начнутся, какие на этот счет будут указания?
Веселов поднял на Иваныча удивленные глаза.
-Иваныч! Ты ведь не первый кто мне про это говорит... Марина, жена моя, то же самое пела. Я тебе как и ей отвечу: если у них там и правда шуры-муры получатся, ты, главное, фонарь вовремя потуши, с советами не лезь и остальным скомандуй то же самое, потому что узнаю, что кто то помешал - придушу своими руками! А знаешь почему?
Иваныч недоуменно пожал плечами.
-Ей осенью тридцатник. Думаешь я не понимаю, отчего она по тайге шарахается? Золото холдингу нужно? Или ей лично? Наверно, ей ипотеку платить надо, кредит за машину!
Веселов достал пачку с сигаретами и прикурил. Мужчины молчали.
-Да тошно ей, - словно на исповеди проговорил Александр, - так тошно, видимо... А раз за столько лет среди твоих матерых геологов, холеных менеджеров и столичных хлыщей она так ни на кого и не запала, значит не то! Если шейх Лену зацепит, да будь он хоть араб, хоть папуас в бусиках - я ему очень благодарен буду. Только, сомневаюсь я...
Саша потушил сигарету, посмотрел на Иваныча и закончил разговор:
- Иваныч, так порешим: для твоих орлов - полный целибат, а для этой пары - плодитесь и размножайтесь. Почаще их там одних под разными предлогами оставляйте. Только что б, вроде как случайно. Главное, не поубивали бы друг друга! За это ты тоже отвечаешь.