Там, в глубине оврага, в валежнике ворочалось что то огромное, темное. Ветер вновь донес до них запах тухлятины.
-Медведь, - прошептал Малой, - Матерый. У него еда там. Они тухлятину любят, прикопают и потом едят. Он нас заметил. Поэтому и шумит - прогоняет. Медленно уходим, шаг в шаг. Не беги, спиной не поворачивайся, винтовку держи перед собой. Если что - бей в голову, но когда я скажу. Только не беги, я очень прошу.
Они медленно отходили, глядя в овраг. И тут Аджмал увидел, как ломая кусты на прогалину вышел медведь. Он действительно был просто огромный! Бурый, покрытый шерстью. Одна голова чего стоила! Прошел несколько шагов по дну оврага в сторону геологов и сел, провожая их взглядом.
-Провожает, сука, - прошипел Малой, - понял, зараза плюшевая, что стрелять не будем. И нам показывает, что нападать не будет. Хозяин хренов.
Медленно отступая, они вскоре потеряли медведя из виду.
-Давай свой мешок сюда и держи винтовку на изготовке, - Малой был сильно напуган, - Идем спина к спине, в круговой обзор. Это такая хитрая тварь, может следом идти.
Он связался по рации с Пряником и велел срочно пригнать оба вездехода.
По возвращению в лагерь все разговоры были только о том, как Аджмал чуть на обед к медведю не угодил во всех смыслах этого слова.
-Ты как? - на перебой спрашивали его мужчины.
-Я? - отвечал Аджмал, - Как у вас говорят? Я охренел! Но не сразу.
Он и правда не сразу понял весь ужас ситуации. Пройди он еще двадцать шагов, подуй ветер в другую строну и не известно, чем бы закончилось рандеву в овраге. Осознание пережитой опасности приходило медленно, задним умом.
-А ну все четверо сюда, - скомандовала Лена как только закончились общие поздравления.
Мужчины выстроились перед ней, маленькой разъяренной женщиной.
-Кто разрешил разделяться? - процедила Лена, обводя их взглядом. - И кто позволил ему отбирать образцы? - она ткнула пальцем в Аджмала.
Все молчали.
-Идиоты! Дебилы! Олигофрены хреновы! - это было самое цензурное из того, чем Лена поливала четверку.
Выплеснув первый пар он продолжила:
-Малой, ты нашего гостя угробить решил? Давай его просто пристрелим! Что б не мучил ни себя не людей, экстремал хренов! Ну, кто первый пальнет? - она протянула им отобранную у Сани винтовку.
-Лена, - попытался вставить Аджмал.
-Заткнись! - заорала она так, что взлетели птицы с деревьев, - заткнись сейчас, пожалуйста, - повторила уже каким то угрожающим шёпотом, бесстрашно глядя в полыхнувшие яростью глаза Аджмала.
-Если бы он на вас напал, то, может и не убил бы, но подрал знатно. Вы бы сдохли от потери крови и сепсиса раньше, чем сумели добраться до вертолета. И еще не известно, смогли бы мы отобрать у него остатки ваших трупов! Мы геологи, а не охотники! Иваныч! - она повернулась, ища взглядом последнего, - Иваныч!
Иваныч подошел, буравя мужчин осуждающим взглядом.
-Иваныч, родненький, покажи ка тем, кто не видел, твой личный шедевр.
Иваныч вздыхая, нехотя, снял безрукавку и расстегнул флисовую рубашку, оголяя спину. Вдоль всей спины тянулись страшные рубцы.
-Это меня медведь, можно сказать, еще медвежонок, закатал, лет двадцать назад. У людей вырос. Пристрелить пришлось - так бы - не отступил! - сказал Иваныч, опуская рубаху и застегиваясь.
-Что с вами делать - решу завтра, - тихо произнесла Елена, а ты - она снова посмотрела на Аджмала, -С сегодняшнего дня едешь со мной, спишь со мной, ешь рядом и никуда не отходишь. Один косяк и я прикажу тебя связать и положить на полку в архон. Буду лично кормить с ложечки и писать будешь ходить под моим чутким руководством. Не думай, что развяжу. Помогу, не постесняюсь! Уясни - здесь - я хозяйка! И мои приказы должны выполняться! Точка.
Она развернулась, намереваясь уйти, но Малой, который прекрасно знал отходчивый характер Елены, не удержал язык за зубами:
-Я тоже так хочу: спать с тобой.
И только реакция Аджмала, выхватившего винтовку из Лениных рук, спасла Саню от пули.
***
Лена уже лежала на своей полке, когда Аджмал залез в архон. Раз начальство велело спать с ней, он решил следовать приказам.
-Ты что здесь делаешь? - Елена включила фонарь.
-Выполняю твой приказ, - спокойно ответил мужчина, снимая с соседней полки вещи и расстилая себе постель,- сама сказала, что теперь я не только еду с тобой, но и сплю с тобой.