- Но есть и другие. Редкие. Опасные. Те, что Академия и Протекторат либо засекречивают, либо... ликвидируют.
В зале кто-то сглотнул. Элора почувствовала, как по спине пробежал холодок. Люцидор, дремавший в питомнике, через связь послал ей волну беспокойства.
- Какие? — спросил кто-то с задних рядов.
- Искажение реальности, — тихо сказал Хейвен. — Способность влиять на восприятие противника, создавать иллюзии. Крайне нестабильная магия, ведёт к помешательству и наездника, и зверя. Поглощение магии — умение высасывать магическую силу из других существ или артефактов. Считается ересью, ибо нарушает естественный порядок. И самое опасное... Резонанс Скорби. Способность чувствовать и усиливать боль, страх, отчаяние в других, доводя их до безумия или смерти. Это оружие массового поражения, запрещённое всеми договорами после Раскола. Обладатели таких дарований и их мантикоры подлежат немедленной казни через обезглавливание и сожжение, дабы пресечь заразу.
Тишина стала гробовой. Даже Рогар перестал ерзать.
- Как понять, что открылось что-то... не то? — спросила тихо Лира.
Хейвен посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то вроде жалости.
- Вы поймёте. Это будет как новый орган чувств, о котором вы не подозревали. Или как голод, который невозможно утолить. Контроль — вот ключ. И бдительность. Если вы заподозрите неладное в себе или в своём товарище — вы обязаны доложить. Мгновенно. Молчание в этом деле — предательство. И карается так же сурово.
В этот момент Кейден оторвался от стены.
- Вопрос, мастер Хейвен. А если способность открылась у того, чья связь изначально считается... аномальной? У кого мантикора уже носит в себе следы чужеродной магии?
Все взгляды, как по команде, устремились на Элору. Она почувствовала, как горит лицо, а в висках застучал знакомый, тонкий звон. Хейвен нахмурился.
- Что вы имеете в виду, кадет Кейден?
- Новобранец Лора и её особь. В ране зверя были обнаружены следы магии, не свойственной нашим землям. Не является ли это благодатной почвой для появления запрещённых способностей?
Хейвен посмотрел на Элору, его взгляд стал пристальным, изучающим.
- Любая связь уникальна, кадет. Аномалия — не приговор. Но... наблюдение усилено. Это верно.
- Я ничего не чувствую, — выпалила Элора, ненавидя дрожь в своём голосе. — Ничего, кроме связи с Люцидором.
- Пока, — холодно парировал Кейден. — Но мы будем наблюдать.
Оставшуюся часть лекции Элора почти не слышала. Слова «казнь», «зараза», «чужеродная магия» гудели у неё в голове. Она машинально записывала за лектором, но строки в её блокноте плясали. Что, если у неё и правда откроется что-то ужасное? Что, если эта странная чувствительность к боли других, которую она всегда списывала на свою хрупкость, и есть начало «Резонанса Скорби»? Она украдкой посмотрела на свои руки. Они дрожали.
Если лекции были пыткой для разума, то занятия в зале «Стальные Мышцы» были адом для тела. Это было огромное, душное помещение с земляным полом, покрытым потёртыми матами, пропахшее потом, пылью и кровью. Здесь новобранцев ломали, чтобы потом собрать заново уже воинами.
Сегодняшняя тема была «Обезоруживание и нейтрализация противника в ближнем бою». Инструктор, громила по прозвищу Бык, с шеей толще головы, объяснял приёмы на своём подручном, который после каждого броска вставал всё более помятым.
- Ваша мантикора — ваша главная сила, — орал Бык, — но если вас сбросили, если вы остались один на один с врагом — вы всё ещё солдат! И вы должны драться! Зубами, если надо! Парни, в пары!
Элора, как обычно, оказалась последней, на кого пал выбор. Её партнёром стал рослый, молчаливый новобранец по имени Гарт, который смотрел на неё с нескрываемым сожалением. Он явно не хотел ей вредить.
- Не жалей её, Гарт! — рявкнул Бык, заметив это. — В бою враг жалеть не будет! Атакуй!
Гарт нехотя сделал выпад, имитируя удар мечом. Элора, отрабатывая приём, должна была войти защиту, схватить за руку и провести бросок. Она сделала всё по инструкции, но её сил не хватило. Вместо того чтобы упасть, Гарт лишь пошатнулся, а потом, инстинктивно пытаясь удержать равновесие, толкнул её. Элора отлетела на маты, ударившись плечом.
- Слабо! — проревел Бык. — Лора, ты что, из пуха сделана? Встать! Еще раз!
Они повторили приём ещё раз, и ещё. С каждым разом Гарт, подгоняемый криками инструктора, действовал жёстче. На пятый раз Элора, измотанная, ошиблась в движении, и Гарт, уже не сдерживаясь, провёл свой, не учебный бросок. Она тяжело рухнула на маты, воздух вырвался из лёгких с хрипом.