Выбрать главу

- Эй, ты! — Рогар, похоже, не собирался отставать. Он шагнул вперёд, теперь его тень упала на неё. Он был огромен, как медведь, с лицом, изуродованным старым шрамом. — Ты вообще понимаешь, куда пришла? Здесь не на швейные кружки записываются. Здесь ломают кости. Или тебя папаша прислал, чтобы ты нашла себе мужа покрепче?

Его наглый хохот подхватили несколько человек. Элора медленно, будто нехотя, повернула к нему голову. Она подняла глаза, но ей пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с его взглядом. В её глазах не было ни страха, ни вызова. Только плоское, ледяное безразличие, которое она оттачивала годами в тронном зале отца.

- Я пришла, чтобы пройти испытания, — сказала она тихо, но чётко. Её голос, лишённый дрожи, прозвучал неожиданно звонко в наступившей тишине. — Как и вы. Разве правила запрещают девушкам участвовать?

Рогар фыркнул.

- Правила не запрещают. Но здравый смысл — да. Посмотри на себя! Первый же порыв ветра снесёт тебя с мантикоры, если, конечно, какая-нибудь безумная тварь вообще согласится на тебя посмотреть. Ты будешь мясом, девочка. Красивым, хрупким мясом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Тогда это будет моей проблемой, а не вашей, — парировала Элора, снова отворачиваясь. Внутри всё кипело от унижения, но лицо оставалось каменной маской. Выжить. Пройти. Доказать.

- Надменная мышь, — проворчал второй парень. — Ладно, Рогар, оставь. Всё равно она не пройдёт и первого круга.

Очередь двинулась. Элора шагала вперёд, чувствуя жгущие спину взгляды. Каждый шаг отдавался в висках тупым звоном. Но она шла. Под арку ворот, где нависала страшная решётка-герса, готовая в любой момент рухнуть и отсечь путь к отступлению. Воздух внутри стал ещё холоднее, пахнущим сыростью, потом и металлом.

Наконец, она оказалась перед столом, где сидел молодой, усталый на вид курсант с гусиным пером в руке. Он даже не взглянул на неё, уткнувшись в пергаментный свиток.

- Имя?

- Элора, — выдохнула она. Голос не подвёл.

- Фамилия?

- Просто Элора. Из Ольховых хуторов. — Заранее придуманная легенда слетела с губ легко.

Курсант наконец поднял глаза, мельком окинул её с головы до ног. В его взгляде не было насмешки, только глубокая, профессиональная усталость и тень сожаления.

- Ладно. Проходи. Двор Испытаний, прямо по главной дороге. Удачи, — он махнул рукой, и его тон ясно дал понять: «Тебе она понадобится».

Элора кивнула и переступила порог.

Массивные ворота с глухим стуком захлопнулись за её спиной, окончательно отрезав путь назад. Звук эхом прокатился по каменному мешку узкого прохода. Она не обернулась. Она сделала шаг вперёд, затем другой, выходя из тени прохода на открытое пространство.

Перед ней расстилался Двор Испытаний — огромная, вымощенная булыжником площадь, окружённая с трёх сторон неприступными стенами Академии, а с четвёртой упиравшаяся в обрыв, за которым синела бескрайняя даль. Но не вид захватил её дух.

Её накрыла волна. Не звука, не запаха. А ощущения. Смутного, давящего, болезненного фонового гула. Магия. Здесь её было много. Не та, что причиняла ей острую боль (пока что). Это было тяжёлое, живое присутствие множества мантикор, спящих где-то в глубине скалы и в питомниках под землёй. Их дремлющая мощь вибрировала в воздухе, заставляя кожу на её запястьях покрываться мурашками, а в висках заводиться тупой, знакомой болью.

Элора замерла, сделав непроизвольный, глубокий вдох. Страх сжал горло.

«Я не выдержу. Как я могу связаться с одним из них, если мне плохо уже сейчас?»

Но затем она выдохнула. Боль была терпимой. Фоновой. Она выжила при дворе, полном скрытых угроз. Переживёт и это. Она должна.

Элора подняла глаза от булыжников под ногами к небу над Академией. Где-то высоко, почти на уровне облаков, она увидела их. Два силуэта, описывающие плавные круги. Наездник и мантикора. Единство движения было настолько совершенным, что нельзя было понять, где кончается человек и начинается зверь. Они были грацией, мощью и свободой.

И в этот момент, несмотря на страх, несмотря на боль, несмотря на насмешки, в груди Элоры вспыхнуло нечто новое. Не жалость к себе. Не сомнение. А жгучая, всепоглощающая жажда. Жажда подняться туда. К ним. Стать частью этого танца.

Она расправила плечи, сбросила капюшон, и первый луч солнца, пробившийся сквозь облака, упал на её волосы.