— Но это не так? — спросил я, нахмурившись.
— Очевидно, не для нее.
— Как ты можешь быть в этом уверен? Ты хоть разговаривал с ней, или…
— Она посмотрела мне прямо в глаза и сказала это, — прорычал он, гнев поднимался в нем так быстро, что я не знал, что сказать. — Сейчас я ненавижу ее больше, чем до того, как трахнул ее.
— Что? — спросил я в замешательстве, придвигаясь к нему и опускаясь на край кровати.
— Обычно она разрывает меня на части, но теперь, когда я впустил ее и дал ей еще больше частичек себя, чтобы она смогла иметь власть надо мной.
— Да ладно, все не может быть так плохо.
Он посмотрел на меня с хмурым видом, как будто я ничего не понимал. Как будто я был настолько блядь невежественным.
— Ты хоть представляешь, как сильно я ее хочу? Как сильно я чувствую, что будто нуждаюсь в ней? Как будто она забралась под мою кожу и пустила корни в глубинах моей души. Я жажду ее и страдаю по ней, и на мгновение мне показалось, что она чувствует то же самое. Как будто весь гнев и ненависть между нами просто прикрывали все остальное, чего мы желали. Как будто, возможно, у меня может быть что-то хорошее вроде этого, что-то чистое, честное и просто… мое. — Он вздохнул, словно весь мир был на его плечах, и на мгновение я не смог найти нужных слов, чтобы поддержать его. Потому что я знал, каково это. Когда я был с Голубком, казалось, что все остальное не имеет значения. И когда она смотрела на меня так, словно я был для нее единственным мужчиной в мире, это заставляло меня чувствовать себя совершенным и счастливым настолько, что не мог выразить словами. Я не могу представить, что буду чувствовать, если она отвергнет меня, если она оттолкнет меня, несмотря на страсть, которая пылала между нами.
— Ты уверен, что она имела в виду то, что сказала? Я наблюдал за тем, как она ведет себя с тобой, я видел чувства, которые она пытается скрыть…
— Не надо, — вздохнул он. — Пожалуйста, не пытайся дать мне надежду, когда я знаю, что ее нет. Я никогда не встречал никого, похожего на нее. Ее не волнует, кто я и сколько у меня власти, ее не интересуют мои деньги, моя семья или что-то подобное. Я был идиотом, когда думал, что она могла увидеть во мне что-то еще. Ничего другого нет.
— Это неправда, — прорычал я. — Она дура, если не видит всего остального, что ты можешь предложить.
— Я могу жаждать ее, Лэнс, но я презираю ее за это. Как будто она держит мое сердце в кулаке и сжимает его просто так. Я бы хотел, чтобы Вега никогда не приходили сюда. Я бы хотел, чтобы они все еще были затеряны в царстве смертных, и мы все могли бы спастись от гребаного ада их компании.
Из моего горла инстинктивно вырвалось рычание.
— Возьми свои слова обратно.
Дариус сел, издав в ответ собственный рык, и его рука крепко сжала мою руку.
— Зачем? Какая тебе разница? Единственное, что ты потеряешь, если их здесь не будет, это регулярный Источник крови.
— Заткнись, мать твою, — огрызнулся я, поднимаясь с кровати и начиная шагать. Тени заплясали перед моими глазами, и внутри меня разверзлась пустота. — Знаешь, если бы ты хоть раз вытащил голову из собственной задницы, может быть, ты бы понял, что с тобой только что произошло самое лучшее в мире.
— Ты не можешь быть серьезным? — насмехался он, вставая, когда в его глазах вспыхнул огонь.
— Очнись, Дариус! — рявкнул я. — Если ты преодолеешь эту дерьмовую ненависть, которую, как ты думаешь, ты чувствуешь к ней, то поймешь, что она не только идеально подходит тебе, но и то, что она и ее сестра — лучшее гребаное решение против твоего отца, которое у нас когда-либо было.
Он уставился на меня, тишина повисла в воздухе и звенела у меня в ушах.
— Ты не можешь предлагать…,- он замялся, покачав головой, словно отказываясь верить, что моя мысль вообще может дойти до этого.
— Поделись троном, — потребовал я, мой голос заполнил все пространство в комнате. — Поделись им, и все твои проблемы исчезнут.
— Нет, — задыхался он, глядя на меня так, словно я предал его. Но это не так. Он просто не мог видеть то, что смотрело ему прямо в лицо. — Кем, черт возьми, ты себя возомнил, раз предлагаешь все это после всего, о чем мы договорились, прежде чем ты отправился за ними в мира смертных?