Голова кружилась. Таисса жертвовала частью свободы, чтобы спасти Кирилла, спасти их общее дело, и нанораствор впитывал это её решение.
Наверху Кирилл запнулся.
– Прекрати, Пирс! – донёсся до неё голос Лары. – Это операция Совета, и я приказываю тебе перестать!
Таисса пошатнулась. Раньше ей не отдавали прямых приказов, но Дир предупреждал её, что это возможно. И Таисса знала, что будет, если она ослушается.
Жжение в её венах становилось сильнее с каждой секундой, напоминая, что против воли Светлых идти нельзя. Под ней расстилалась чёрная дыра боли, и Таисса падала в неё всё быстрее.
Но она должна была устоять. Потому что силу мысленного приказа, который Лара отдала Кириллу в следующий миг, почувствовала даже Таисса.
– Никому не хочется, чтобы среди нас бродили потенциальные убийцы, – гремел голос Кирилла со сцены. – Так что психокоррекция оправданна даже для детей…
Таисса едва его слышала. Вокруг неё бывший Тёмный в шлеме с алой полосой и Лара кружили в невозможном вихре. Неизвестный ей Тёмный дал Таиссе драгоценные секунды, чтобы она спасла волю Кирилла, однако он медленно, но верно уступал в схватке.
И одновременно Лара по-прежнему не отпускала сознание Кирилла, Таисса это чувствовала. Она была неимоверно сильна, Таисса даже не понимала пределов её силы.
Яростный темп атак ускорился настолько, что Таисса, теряющая силы с каждым мигом, едва успевала следить за движениями. Она видела лишь размытые силуэты и последними усилиями, будто соскальзывающими со скалы кончиками пальцев, поддерживала волю Кирилла. «Будь… собой…»
Но этого было мало. Слишком мало.
Под Таиссой расстилалась бездна адского огня. Нанораствор уже не жёг её: он шаг за шагом превращал её боль в агонию.
– Второе предупреждение, Пирс! – раздался будто издалека язвительный голос Лары. – Впрочем, до третьего ты уже не доживёшь!
Таисса валялась на спине, хватая ртом воздух. Она не могла сражаться. У неё едва оставались силы думать.
Лара одним плавным движением ушла от атаки бывшего Тёмного, взлетела – и ударила его ногой с разворота.
– Никогда, – процедила она. – Никогда больше вы не займёте наше место.
Таисса едва её слышала. В голове гудело. Совсем рядом Лара, хищная и великолепная, методично избивала своего противника, но у Таиссы не было сил за него вступиться. Она вот-вот потеряет сознание от боли и слабости, и всё будет кончено.
Но она не имела права сдаться. Она должна была выстоять. Должна была найти слабое место Лары, отвлечь, остановить её хотя бы на минуту, чтобы та отпустила сознание Кирилла.
Но у Таиссы не было ни единой зацепки. Лишь…
«Лара была очаровательным ребёнком. Помню, как Дир убежал от неё, когда она его поцеловала. Она смущалась ещё неделю».
…Лишь слова Александра.
– Лара! – выкрикнула она. – Помнишь, как Дир убежал от тебя, когда ты его поцеловала? Тебе, наверное, до сих пор стыдно, да? И поделом.
Меч со звоном выпал из руки Лары. Бывший Тёмный хлёстким ударом сбил с её руки линк, но она, кажется, даже этого не заметила.
– Ты, – прошипела она, разворачиваясь. – Как ты узнала?
В глазах Таиссы двоилось. Она уже не могла разговаривать, она лишь отчаянно направляла остатки угасающих сил, чтобы приказы, посланные Кириллу, не дошли до цели.
Наверху Кирилл замолчал.
– Чёрт, – наконец сказал он. – Ребята, не слушайте, что я говорю. Кажется, Светлые до меня всё-таки добрались.
Мгновение спустя Таиссу отпустило, а ещё через секунду сверху донёсся звук падающего тела. Кирилл потерял сознание.
Гул толпы сделался в разы громче.
Со сцены полился новый голос. Кто-то из бывших Тёмных, кому было уже не задурить мозги, подхватил эстафету. Где был Павел? Задел ли его взрыв? Она так и не узнала…
Таисса задавила в себе эту мысль. Впрочем, у неё едва оставались силы думать. Только валяться на спине, хватая ртом воздух.
Последний удар Лары отшвырнул бывшего Тёмного к стене. Тот больше не делал попыток подняться.
– Кажется, я повредила тебе позвоночник, – задумчиво сказала Лара. – Жив ещё?