– Я знала, что найду тебя здесь.
Таисса обернулась.
От синяков на лице Лары не осталось и следа. Джинсы, футболка, лёгкая куртка – она успела и вымыться, и переодеться, и нацепить новый линк.
– Ты сейчас меня убьёшь? – спокойно спросила Таисса.
Лара покачала головой:
– Мы поговорили… с Александром. И нет, мне многое не нравится из того, что он делает. Не то чтобы это тебя вообще касалось.
Она скрестила руки на груди.
– У меня для тебя новости. Свою подругу ты больше не увидишь. Точнее, если ты к ней подойдёшь, она лишь недоумённо вскинет брови, потому что не будет иметь ни малейшего понятия о том, кто ты такая.
Таисса вскочила со скамейки:
– Ч-что?
– Девочка разгласила закрытую информацию, – сухо сказала Лара. – Ей стёрли память за последние месяцы. Те, кто допустил утечку, тоже будут наказаны.
Таисса опёрлась на спинку скамейки.
– Если ты хотела сделать мне очень больно, – мёртвым голосом сказала она, – у тебя получилось.
– Спасибо. Я старалась.
Таисса помолчала.
– Ты ведь убила бы меня там, правда? – тихо спросила она.
– Я боевая Светлая, – устало сказала Лара. – В бою я убиваю. Когда в мою операцию вмешиваются – я убиваю. Когда я ненавижу кого-то всю жизнь, а она противостоит мне и пытается сорвать мою операцию… догадайся.
– Замечательно, – обречённо сказала Таисса.
Они стояли и смотрели друг на друга. Почти сёстры, только разделяло их всё, что только можно.
Таисса попробовала представить, что у неё есть сестра, которую отец любит больше, чем её. Что бы она чувствовала, зная, что никогда не займёт в сердце отца особого места? Зная, что главной для него всегда будет та, другая? И, наконец, что случилось бы, если бы Таисса влюбилась в того, кто был предназначен ей самой судьбой, а он выбрал бы её сестру? Ту, чьё существование делало каждую её минуту живым кошмаром?
– Я сожалею, – тихо сказала Таисса вслух. – Правда. Но если ты меня убьёшь, ничего ведь не изменится.
– Мне стало бы легче, – невозмутимо сказала Лара. – Я бы попробовала.
Она помолчала.
– Кстати, Александр только что проверял кровь твоего куратора на внеплановом осмотре. Никаких отклонений, но Александр был несколько удивлён срочностью. Ты ничего об этом не знаешь?
– Могу соврать, что нет, но не буду. У тебя же нейросканер.
Лара усмехнулась:
– Действительно. Что ж, храните ваши тайны. Пока что Дир выбрал тебя, но это ненадолго.
Бросив на Таиссу последний презрительный взгляд, Лара тряхнула длинными светлыми волосами и взвилась вверх.
«Это ненадолго». Таисса вздохнула. Знала бы Лара, насколько ненадолго, танцевала бы сейчас от радости.
Каково было Диру сейчас? Думал ли он о ней? Простит ли когда-нибудь?
Таисса не сразу поняла, что плачет.
Павлу и её отцу предстояло восстановление после страшной схватки. А интриган, который так жестоко обошёлся с её жизнью, оказался отцом её отца, и хватит ли сил у неё выступить против него хоть когда-нибудь, Таисса не знала.
И Алиса… Алиса.
И Дир. Который для неё был навсегда потерян, потому что она сама, своими руками убила его любовь.
Почему-то это было страшнее всего. Что бы ни происходило с ней, Таисса могла уткнуться в его плечо, и ей становилось легче. Как бы ни было плохо ему, он смотрел на неё и улыбался.
Но теперь всё было кончено.
Таисса включила линк и без удивления заметила, что новостные каналы горели алым.
Она открыла первую запись. Потом вторую. Потом третью.
Потом стала читать одни заголовки.
…Триста тысяч противников массовых внушений вышли на улицы в Лондоне…
…Требуют моратория на то, чтобы проводить вмешательства в сознание без согласия человека…
…Создали уже более пятисот списков с именами жертв внушений, и ведутся переговоры о создании единой общемировой базы данных…
…Петиция, созданная с целью расследовать вмешательство в сознание Кирилла Носова на марше и наказать виновных, набрала уже более двухсот тысяч подписей…