– Таисса.
Таисса поддела ногтем крышку и, не обращая внимания на присвист Павла, поднесла горлышко к губам. Лимонад оказался поразительно вкусным. Хоть что-то у Светлых было на высоте.
– Ты знаешь Влада и Алису? – спросила Таисса. – Ассистентов Эдгара?
– О да. Влада и его приятелей я вижу редко, но Алиса часто сюда заглядывает. – Павел весело кивнул на бутылку в её руках. – Такой лимонад, как ты догадываешься, не продают где попало.
– И… Влад и его друзья тебе нравятся? – уточнила Таисса. – Они не производят впечатления любителей издеваться над слабыми? Унижать кого-то?
Павел поднял бровь:
– Да нет. Нормальные ребята. А с чего вдруг?
Внушение. Во имя Великого Тёмного, это всё-таки было внушение! Кто-то влез Владу и его приятелю в мозги и велел им так поступить!
Таисса открыла рот, уже готовая поделиться своими догадками, но запнулась. Ведь ей придётся признаться, кто она. Сказать, что она Тёмная.
А ей очень хотелось оттянуть этот момент. Приветливость Павла неожиданно согревала, а у неё здесь совсем не было друзей.
– В другой раз расскажу, наверное. Не сейчас. А ты сам давно тут работаешь?
Павел покачал головой:
– Пару месяцев. Раньше учился на юридическом, пока не…
– Пока не начался призыв? – тихо спросила Таисса. – Ты воевал?
Он молча кивнул.
– Потом меня комиссовали, и я устроился сюда. А сейчас… сейчас возвращаться в университет как-то и смысла нет.
– Почему?
– На войне… там было очень, очень плохо, подруга. И я не очень-то уверен, что знаю, как строить свою жизнь дальше.
Таисса кивнула.
– Мой отец не воевал на фронте. Но я тоже не очень-то знаю, как он будет жить дальше.
– А чем он занимался во время войны?
– Он… вычислял, как уничтожать инфраструктуру без потерь среди гражданского населения. Взрывать транспортные артерии, приводить в негодность магистральные линии электропередач, сбивать стратегические спутники…
– Ничего себе, – присвистнул Павел. – Настоящий Эйвен Пирс.
– Не то слово.
– Иногда я думаю, что Тёмные – тоже люди, – с горечью произнёс Павел. – А потом вспоминаю погибших ребят из взвода и думаю, что вариант «ноль» – вовсе даже не полные психи. Мой старший брат их поддерживал, пока не пропал без вести.
– Вариант «ноль»? Твой брат выступал за мир без Тёмных? – тихо спросила Таисса. – Он правда хотел убить абсолютно всех Тёмных, даже детей?
Павел отвёл взгляд.
– Понятно, – с горечью сказала Таисса. – Похоже, Алиса – единственная здесь, кто жалеет Тёмных, которых долго и мучительно лишали способностей, а потом выгнали из дома и рассеяли по миру.
– А что ещё Светлые могли сделать? – повысил голос Павел. – Дать им по прянику и отправить домой за хорошее поведение?
Таисса тяжело вздохнула. Тут они точно не придут к согласию.
И с фарсом пора было кончать.
Она аккуратно поставила бутылку и сделала шаг вперёд. Второй.
Глаза Павла расширились. Он почувствовал её ауру.
– Ты…
– Тёмная, да. – Таисса развела руками. – Что делать, мы всё-таки существуем. Некоторые даже здесь живут.
– И ты тоже… будешь здесь жить?
– Кажется. Во всяком случае, податься мне некуда.
Павел долго-долго смотрел на неё.
– Тёмная, – произнёс он.
– Таисса Пирс. – Таисса слабо улыбнулась. – Так что, когда ты сравнил моего отца с Эйвеном Пирсом, ты не очень-то ошибся.
Но Павел выставил руки, словно защищаясь:
– Уходи.
Таисса заморгала:
– Но я… я не участвовала в войне, и…
– А мне плевать, – с внезапным ожесточением сказал Павел. – Ты знаешь, каково это – воевать с Тёмными? Когда каждую секунду ждёшь, что над позицией зависнет один из вас, а в следующую минуту твои товарищи пустят себе пулю в висок после внушения? Когда отрубается связь, выходит из строя позиционирование и остаёшься наедине с темнотой, которая сворачивает шеи голыми руками?
– Нет, – прошептала Таисса. – Не знаю.