И Светлый, который подсказал им коды силовых полей, отлично это знал. Он загнал этих троих в смертельную ловушку.
Таисса подняла голову – и замерла, встретившись с дерзким взглядом серых глаз.
Она видела этого молодого Тёмного раньше – и даже могла вспомнить его имя. Вернон. Вернон Лютер. Они виделись пару раз на каких-то обязательных раутах, но так и не обменялись даже парой слов.
– Ты, – выдохнула она. – Вернон Лютер.
Вернон отвесил ей иронический поклон. Серые глаза блеснули.
– К вашим услугам, миледи.
Он был хорош собой. Вот только он явно не ожидал застать здесь вооружённого Светлого. Но, похоже, это его нисколько не смущало.
Вернон повернулся к Диру, и на его губах появилась холодная улыбка.
– Какая встреча, – проронил он. – Кажется, нам есть что обсудить.
– О да, – спокойно согласился Дир. – Думаю, сейчас самое время.
Сердце Таиссы заныло. Во имя Великого Тёмного, Вернон понятия не имел, с кем связался! Если он попадёт в плен к Светлым, ему конец. Сопротивление при аресте, побег, проникновение в апартаменты члена Совета…
Дир не позволит им уйти. Но Таисса не даст им умереть. Чего бы это ей ни стоило.
– Стойте, – выдохнула Таисса. – Вернон, бери друзей и улетай. Сейчас же. Со мной всё в порядке!
Вернон Лютер поднял бровь, с иронией оглядывая её растрёпанные волосы и разодранный рукав пижамы:
– Правда? Я бы так не сказал.
Рука Таиссы стремительно взметнулась, указывая на Дира:
– Он убьёт вас всех, идиот! Ты что, не чувствуешь его ауру?
Вернон презрительно усмехнулся:
– Посмотрим.
– Не надо, – прошептала Таисса. – Поверь мне. Пожалуйста.
Вернон шагнул вперёд, положив руку на рукоять меча.
– Как я смотрю, Светлые любят пользоваться своими привилегиями, – небрежно заметил он. – Наверное, это льстит твоему самолюбию, а, парень? Что дочь самого Эйвена Пирса стирает тебе носки?
Так. Ещё немного, и она передумает спасать этого типа.
– Не нарывайся, – негромко посоветовала Таисса.
– А то что? Этот исполин разума промоет мне мозги? Очень страшно.
Проклятье, Дир стоял слишком далеко, чтобы эти трое ощутили его ауру. А когда они поймут, будет уже поздно.
Таисса закусила губу. Дир мог вырубить этих троих в любую минуту, и ей не хотелось даже представлять, что случится с ними потом.
Ей нужно было придумать, как их спасти. Но в голове было пусто.
– Как вам удалось пробить силовое поле? – негромко спросил Дир.
Вернон Лютер лишь дёрнул плечом:
– Предложили ему силовых пряников и налили силового коньяку. Не задавай глупых вопросов. Ты серьёзно считаешь себя мужчиной, удерживая эту девочку силой?
– «Эта девочка» не младше тебя, – уронила Таисса.
Вернон не повернул головы:
– И всё ещё не на свободе? Ну извини, взрослая женщина. В следующий раз приду спасать кого-нибудь другого.
Дир едва заметно прищурился.
– Что-то мне подсказывает, что во время войны у тебя были занятия поинтереснее, чем игра в странствующего рыцаря, – спокойно сказал он. – Может быть, и до войны? Что я увижу, когда подниму твоё досье?
– Пьянство и разврат, если не вдаваться в детали, – пожал плечами Вернон. – И очень много чужих денег. Есть у меня один… друг, который очень любит придумывать Светлым оригинальные неприятности.
Он кивнул на полуразрушенное окно:
– Например, вот такие. Так что, продолжим переговоры? Я предлагаю абсолютную капитуляцию. С твоей стороны.
Дир поднял бровь:
– У меня есть другое предложение.
– Меня оно не интересует, – отрезал Вернон Лютер. – Мы уходим отсюда счастливыми и свободными, и Таисса Пирс отправляется с нами. У тебя есть возражения? Мне плевать. Поплачься Совету, когда мы улетим пускать фейерверки.