– Но почему, Эйвен? Должна быть другая причина, кроме мальчишеской злости и желания остаться для Тёмных путеводной звездой. Настоящая!
– Конечно, есть причина, – спокойно сказал её отец. – Глупая сентиментальная причина, не связанная ни с вами, ни с Советом, ни с войной.
Александр несколько секунд стоял не шевелясь.
– Мелисса, – наконец сказал он. – Твоя жена.
– Которая не переживёт процедуру превращения в Светлую. Более того, вы ей просто этого не предложите. А если предложите, она погибнет, и этого не вынесу уже я.
– А если она станет человеком, а ты сохранишь способности…
– То рано или поздно обида возьмёт верх. Она перестанет меня любить, Александр. Уверен, чувство вам знакомо.
Вместо ответа Александр слепо ткнулся в дверь. Потом ещё раз. С третьей попытки он открыл её и быстро вышел.
Он понял. А Таисса заплакала.
Она продолжила плакать, даже когда экран потемнел.
Её мать знала, как отец её любит. И, даже зная это, ушла всё равно.
– Спать, – прошептала Таисса. – Спать.
Таисса пошарила в комоде и выудила пижаму с узором из веток бамбука. Ещё прошлой ночью её там не было. Чем это было, тактичным намёком от Дира? Таисса вздохнула. Что ж, она его поняла.
Вызов на её линк поступил, когда Таисса уже засыпала.
– Это Елена, – сообщила её собеседница вместо приветствия. – Уверена, ты меня помнишь.
Елена. Седая женщина, что допрашивала отца Таиссы. Как минимум второе лицо в Совете, если не первое.
– Ещё бы, – сонно сказала Таисса. – Что, снова хотите упечь меня в кокон?
– Ты только что просмотрела очень неприятную запись. Мои соболезнования. И, конечно, я очень сочувствую твоей потере.
– Конечно, – вздохнула Таисса. – Вы разбудили меня именно за этим. И больше совершенно ничего не хотите сказать.
Её собеседница помолчала.
– Александр – мой старый и близкий друг. Он бы никогда не стал использовать нанораствор, не будь он уверен, что отвечает за свои слова.
– Вы меня успокаиваете, – изумлённо произнесла Таисса. – Правда? После всего?
– Завтра вечером будет приём по поводу моего юбилея. Я хотела бы, чтобы ты пришла.
Таисса поперхнулась.
– Я, конечно, приду, – осторожно сказала она. – Но зачем?
На противоположном конце линии Елена тихо засмеялась. У неё был красивый музыкальный смех, совсем молодой и ясный, несмотря на то, что ей должно было быть не менее шестидесяти.
– Ты станешь Светлой, Таисса. Одной из нас. Тебе со многими стоит познакомиться.
– Но у меня нет платья. Мне нужно сделать причёску, макияж, а я не могу покинуть дом Дира, и…
– Ради такого случая я сделаю исключение. Ты сможешь подготовиться к приёму так, как тебе хочется.
Таисса закусила губу. Сейчас её куда сильнее интересовало другое.
– Как идёт расследование гибели моего отца?
– Никак, – коротко сказала Елена. – Детали не сходятся нигде. С таким же успехом в руках твоего отца могла взорваться чугунная сковородка. Эксперты продолжают исследования, но не думаю, что мы продвинемся сколь-нибудь далеко: слишком тонкая работа.
Таисса несколько секунд глядела в закутанное тучами небо за окном. Небо, которое внезапно стало слишком низким.
Убийц её отца не найдут.
– Мой таинственный Светлый сказал мне, что это не он. Вы ему верите?
– Я мало чему верю без показаний нейросканера. И ты рано или поздно научишься.
– А сами вы не знаете, кто он?
Едва заметная пауза.
– Нет. У меня есть подозрения, но… нет. Пока нет.
– Я так вам важна, чтобы звонить мне сейчас? – спросила Таисса в упор. – Проект «Лекс» только что поставил весь мир на уши. Я на его фоне – досадная мелочь.
– Ты нужна нам, – мягко сказала Елена. – И совсем скоро ты поймёшь, что и мы нужны тебе. Мы, а не Тёмные. Увидимся завтра.
Когда Елена отключилась, Таисса со вздохом закрыла глаза.
Светлые желали видеть её среди них, но Таисса хотела остаться Тёмной. Собой. Однако проклятый нанораствор делал это невозможным. Как ей быть, если он может наказать её за ослушание в любой момент?