«Жду не дождусь».
Таисса чуть улыбнулась.
«Я скучаю», – набрала она.
«Несмотря на то, что ты ни разу не видела моего лица? Право, это слишком уж большой кредит доверия, детка. В конце концов, вдруг я окажусь тупоголовым блондином вроде твоего куратора, у которого вместо блестящих планов и разврата в голове сплошное занудство, мораль и учебник хороших манер?»
«Действительно, откуда у тебя манеры?»
«Манеры? У меня? Да им просто неоткуда взяться. А вот твоему Диру прочат главенство в Совете через несколько лет, и никто не отзывается о нём дурно, что крайне подозрительно. Или им всем до единого промыли мозги, или он действительно не такой уж плохой парень. Ну, за исключением истории с нанораствором».
«Дир вколол его и себе, чтобы обезопасить меня. Всё, что может мне повредить, теперь ударит и по нему».
«Мало того что он идиот, так он ещё и влюблённый идиот. Этого только не хватало. Вы, кстати, всё ещё делите постель?»
«Всё ещё?»
«Думал, ты не заметишь. Но ты так и не ответила на мой вопрос, Таисса-увёртливость. Ты и твой куратор: да или нет?»
«И что ты сделаешь, если ответом будет «да»?»
«Порадуюсь за вас обоих и пришлю незабудок на свадьбу. Или ты серьёзно? Тогда удивлюсь твоему невзыскательному вкусу. Он явно тебя не заслужил».
Таисса вздохнула:
«Можно подумать, ты заслужил».
«Ага. Всё-таки вы не вместе. Нет, он точно идиот. Упускать шанс тебя потискать между лекциями о долге и нравственности? Кто-то явно пренебрёг его воспитанием».
«А как насчёт тебя? – напечатала Таисса. – Просыпаешься с двумя красотками или с тремя?»
«Обижаешь. С тех пор как я тебя встретил, я соблюдаю суровый целибат. Веришь?»
«Нет».
«Правильно делаешь. Я люблю тебя платонически, детка. Но у меня есть нужды. Например, напиться, забыться, проснуться чёрт знает где в одном носке и долго чертыхаться, оставшись без бумажника. Уверен, тебе это совершенно незнакомо».
Он не сказал, что просыпается не один. То есть Л. всё-таки ни с кем не встречается?
«Не уворачивайся от ответа».
«Ммм. Пожалуй, всё-таки увернусь. Мне нравится, когда ты вся как на иголках. Целую, Таисса-обворожительность. Не обнимайся по тёмным углам с кем попало».
«Когда-нибудь ты поплатишься за все свои шуточки, Л».
«Жду с нетерпением, крошка».
Таисса невольно улыбнулась, отключая связь.
Её таинственный собеседник был прав: бывшие Тёмные не теряли времени зря. Люди Рамоны снова и снова писали в сети о неприглядной стороне массовых внушений. Все самые тёмные факты о контроле сознания, цифры, судьбы, последствия… Они крепко взялись за эту тему и не собирались останавливаться.
И были правы, конечно же. Без массовых внушений этика Светлых перестанет быть главенствующей. Потеряв главный козырь, Совет начнёт терять власть.
Таисса посмотрела на часы. Приближался очередной визит Александра. С тех пор как изменилась её аура, они виделись всё чаще. И, самое странное, Таиссе начинало нравиться его общество. Их разговоры как-то незаметно стали переходить из обязательных почти в дружеские. Словно он по какой-то причине действительно хотел с ней сблизиться.
А ещё – с ним было интересно. Таисса не могла сказать, что доверяет ему, но Александр был умным и беспринципным Светлым, от которого зависело поведение нанораствора в её крови. И такого противника стоило держать как можно ближе.
Особенно если у неё действительно был шанс его понять.
Когда Александр вошёл в гостиную, Таисса разливала по бокалам сок. Ваза с крекерами уже стояла на столике.
– Вообще-то стоило открыть шампанское, – с иронией проговорил Александр, усаживаясь в кресло. – Сегодня у нас есть повод.
Таисса подняла бровь:
– И что мы празднуем?
– Очередную веху, конечно же. Твоя аура наконец-то стабилизировалась. А значит, прежней она уже не станет.