Таисса помедлила.
«Ещё бы, – наконец написала она. – Мне даже не потребуются кусачки: у меня очень острые зубки, Л. Не боишься?»
«Ого. У кого-то смелая фантазия. Что ж, тогда вперёд. 1:51, 1:50…»
«Подожди. Сначала я хочу тебя поцеловать».
Молчание, повисшее на виртуальном экране, было почти ошарашенным.
«Поцеловать, – наконец написал он. – Хотя мы вот-вот взорвёмся?»
«Заткнись и поцелуй меня».
«А это будет считаться как наш первый поце…»
Время замерло.
Таисса прикрыла глаза, отрываясь от пустого экрана. И представила, как бы это было. Возможно, они никогда не увидятся. Даже почти наверняка, пока она остаётся пленницей у Светлых, а он – беглецом.
Но им хотя бы…
…Удастся обезвредить бомбу.
«Ммф. Ты совершенно невыносимая девчонка, Т.»
«Но отлично целуюсь?»
«Нет предела совершенству, детка. Но мне понравилось. Я чудовищно хочу тебя прямо сейчас, но… Ох, черт: 0:42. 0:41, 0:40, 0:39… Тебя не возбуждает неумолимо утекающее время? Меня – да».
«Да».
«Мы нашли друг друга».
«Где, чёрт подери, ты был все эти восемнадцать лет?»
«Ждал твоего совершеннолетия, детка. И как тебе результат?»
«Я почти хочу заняться с тобой любовью во сне, Л.»
Таисса сама не знала, что побудило её так написать. Может быть, то, что её собеседник был за много сотен километров отсюда и, скорее всего, никогда больше её не увидит?
«Хотел бы я вколоть тебе дозу снотворного. Но я вижу тебя сейчас. Вижу твою грудь в декольте, бретельки, падающие вниз. Вижу, как ты наклоняешься и берёшь губами провод. 0:05, 0:04…»
«0:02. Бомба в последний раз вздрагивает и замирает».
«И на таймере навечно остаётся 0:01. Мы успели вовремя, Т.»
«Из нас получилась неплохая команда, Л.»
Таисса долго смотрела на линк. Кажется, после такого финала любая строчка была бы лишней, правда?
Но линк пискнул ещё раз.
«Таисса-фантазёрка. Ты ведь не веришь, что мы это всерьёз?»
Таисса моргнула. Застыла. Ей вдруг стало очень холодно.
«Нет, конечно. Спокойной ночи, Л. Приятно было пообщаться».
«Я не могу тебе ничего предложить. Я никому не могу ничего предложить. Мне нечего предлагать. Мой следующий план меня убьёт практически наверняка, и отказаться от него я тоже не могу. Более того, я планирую вовлечь в него…»
«Кого?»
«Неважно. Когда-нибудь, когда ты будешь свободна, я увижу тебя и обниму. Но сейчас остаётся только взрывать с тобой бомбы. Спокойной ночи, Таисса-невинность».
Так всёрьёз он или не всерьёз? Её губы шевельнулись.
Но Л. уже разорвал связь.
Таисса давно и глубоко спала, когда в спальне негромко стукнула дверь. Проснувшись, Таисса приподнялась на кровати.
– Дай угадаю, – сонно сказала она. – У Ника внезапно оказалась только одна спальня для гостей. А тебе нужно выспаться перед переговорами.
Дир присел на край кровати.
– Могу устроиться на полу в гостиной, если ты против.
Таисса села. В полумраке они хорошо видели друг друга. Лицо Дира было решительным и усталым. Словно он готов был отстаивать свою правду даже здесь, сейчас, с ней.
– Ты не пробовал спать в воздухе? – поинтересовалась Таисса. – Я как-то задремала над балконом. Проснулась в пруду, мокрая насквозь.
Дир улыбнулся:
– Не поверишь, даже не приходило в голову. Предлагаешь мне попробовать?
– Ну не этой же ночью, – вздохнула Таисса, пододвигаясь к другому краю кровати. – Ложись.
Дир вытянул руку, и Таисса легла щекой на подставленную ладонь.
– Не могу понять, как это произошло, – задумчиво сказал Дир. – Вы проиграли войну. Вы потеряли всё. Но вот вы здесь, и вы снова сильны. Даже без способностей. У людей Рамоны великолепная команда, и они всё активнее действуют в сети. Движение против массовых внушений набирает силу.