– Это тоже сделайте через ретушь. – Отмахнулась Эйлин.
В дверях появился первый жених, сэр Хеахберхт, сын Лорда по делам торговли. Такой же, как его отец, высокий гуманоид с прозрачной, словно у медузы, кожей, он даже на несколько дюймов обгонял по росту свою невесту. Принцесса заметно оживилась при его появлении, а уж когда Хеахберхт сказал:
– Госпожа, я исполню для Вас танец!
И вовсе проявила все недвусмысленные признаки нешуточной заинтересованности. Лорд-распорядитель ее восторга не разделял – ему дрыганья Хеахберхта не казались красивыми. Но принцесса, как известно, была молода и наивна…
– Спасибо. Я Вам перезвоню, – сказала Эйлин, сверяясь со списком на планшете. Стоило ей перевести глаза на свои заметки, как вся умиленная нежность из взгляда принцессы пропала.
Хеахберхт, понурившись, удалился. На его место заступил – причем, в буквальном смысле, сэр Квикельм. Второй жених представлял собой некий труднораспознаваемый организм, отдаленно похожий на корнеплод, посаженный в экзоскелет.
– Моя прекрасная госпожа, я приготовил для Вас танец!
– И Вы? – Эйлин сверилась с планшетом. – Ой, ой. Тут написано, что Вы… э-э, простите, размножаетесь почкованием…
Но Квикельм не слышал, самозабвенно вытопывая механическими ногами одному ему знакомый ритм. На полу от его движений оставались глубокие царапины. Несколько секунд Эйлин изумленно смотрела на представление, а затем спешно замахала планшетом, как крестьянка с Беллерофонта – на домашнюю кусачую птицерыбу.
– Зачем Вам жена-то, при почковании?
Квикельм остановился и пожал механическими плечами.
– Мне жена не нужна, это Вам нужен муж.
– Звучит грубовато. И не повышает Ваш рейтинг в списке остальных кандидатов, лорд Квикхельм. – Эйлин сделала какую-то пометку напротив его имени в планшете.
– Так я прохожу во второй тур или нет?
Эйлин закатила глаза. Лорд-распорядитель выпроводил второго кандидата за дверь.
– Мне кажется, они все решили, что пришли на конкурс талантов, – пробормотала Эйлин. – Если третий тоже будет танцевать, я кого-нибудь убью, может быть, даже себя.
Но третий – сэр Сегга, сын лорда Семера, не собирался танцевать. Он не смог бы при всем желании.
– Я не расистка, но… – принцесса не договорила. Они с женихом смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Эйлин провела пальцем по имени сэра Сегги на планшете, очевидно, зачеркивая его.
Свидульф заметил ее замешательство и склонился над плечом госпожи.
– Что-то не так, Ваше Высочество?
Эйлин посмотрела на сэра Сеггу, дважды задумчиво моргнула и перевела взгляд на распорядителя.
– У меня только два вопроса. Кто до этого додумался? И, что интереснее, как он себе это представляет?
– Представляет что, Ваше Высочество?
– Наш брак! С… этим!
Распорядитель выглядел искренне удивленным.
– Но что не так, принцесса?
– Например, то, что лорд Сегга – чашка с жижей.
– Попрошу! Не просто жижа, у меня есть глаза, мозг и речевой аппарат. – Возмутился жених.
– Вашу речь генерирует компьютер, я даже не могу быть уверена, что Вы действительно произносите то, что думаете. Ну, то есть. Что Вы вообще думаете, а не… – Эйлин в панике повернулась к распорядителю и, на всякий случай прикрыв рукой рот, прошептала. – Унесите, ради всех звезд космоса…
Распорядитель утомленно вздохнул и покатил тележку с лордом Сеггой прочь. Эйлин дернула плечами.
– Уфф… мне что его, прямо в презерватив всего залить надо было?
– Ну, знаете, моя принцесса, вряд ли Конклав думает о том, что у Вас действительно должны быть половые отношения с женихами. Брак – да. А дети и секс… Опционально. Вам могло и не повезти.
– При чем тут везение, если я сама выбираю, кого взять в мужья? – Спросила Эйлин. Свидульф не нашелся, что ответить.
Еще четверых принцесса отослала прочь, кого – с сожалением, кого – с заметным облегчением. Свидульф, не покидая поста за плечом Ее Высочества, подумал с тоской, что неплохо было бы прерваться на обед. Но Эйлин, казалось, вознамерилась оценить четыре – неполных – десятка мужских особей за один день. Она отметала одного претендента за другим с такой решительной деловитостью, словно проверяла товар на таможне.
Шестнадцатым по счету женихом стал сэр Леофкилд, сын лорда Манна.
Когда молодой человек вошел в комнату Эйлин, она сперва взглянула на него устало и недружелюбно. Все эти претенденты ее порядком утомили. Однако принцесса еще минувшим вечером дала себе зарок обратить внимание на отпрыска лорда земной культуры – поскольку ее заинтересовал отец. И Леофкилд, хотя нервно вытер ладони о штаны, не успев еще поздороваться, с первой же минуты вызвал у Эйлин расположение.