Аура кинжала ударяется об меня и внутри все скукоживается в тугой узел. Меня словно расщепляют медленно на мелкие кусочки, хотя внешне остаюсь быть стойкой, дабы не вызвать еще больше волнения девочек.
― Что это? ― Грудь высоко вздымается. ― Как оно там оказалось?
― Сюзи, срочно запри это глубоко в земле! ― раздает указание соседка, крепко держа за руку меня.
Светловолосой девушке не надо по сто раз повторять. Ее руки поднимаются вверх, ― природа подчиняется и вытягивается в виде тростников, ползущие со стен. Пальцы слегка сгибаются, ― тростники железными прутьями обхватывают кинжал. После она медленно опускает руки, разводит их в стороны и резко перенаправляет поток в окно, которое сию же секунду вдребезги ломается.
Я дергаюсь и чуть не падаю задницей на пол.
Рина своей магией тут же подхватывает осколки, дабы обезопасить нижние этажи и нашу комнату, и начинает латать новое стекло, вставляя его в раму, как только силы принцессы природы уходят в землю.
На все это я смотрю с двояким шоком.
Сначала таинственное свечение, не аргументируемое источником возрождения, потом сон, не объясняющий и половину тайн. Теперь этот кинжал. Почему я становлюсь центром всех этих неприятностей?
― Лия! ― ко мне подбегает Сюзи, проверят на наличие повреждений и с облегчением выдыхает. ― Он тебя не тронул.
― Кто? Что это было? Ответьте, наконец, на мои вопросы!
* Есть три части славянского мира: Явь ― живут птицы, люди, звери, духи и малые боги; Навь ― живут темные боги, присутствует в мире разрушение; Правь ― мир светлых славянских Богов, состоит из 9 небес.
29 глава
Будильники на наших телефонах одновременно начинают издавать пронзительные звуки, нарушая былое «сотрудничество, испачканное во лжи». Сюзи охает, касается рукой лба, массирует его и с сомнением глядит на меня.
― Лия…
― Ясно. Вы мне не доверяете.
― Нам важна твоя безопасность! ― бухчит Рина, преграждая путь, когда я уже решаюсь вернуться к своей кровати. Слежу за тем, как постепенно ее начинает разрывать на куски. ― Господи, Азалия, так сложно просто перестать искать в нас плохих людей. Ты ничего не знаешь о нашем мире! Ты неопытный воин, не владеющая магией, не обученная теоретическим аспектам фантастического мира четы.
Подступающую обиду я стойко проглотила. Может, отчасти ее слова несут толику ясности и разочарованной реальности, но я ни за что не стану этому признаваться. Гордость ― оружие проигрыша в войне.
― Сколько бы, ― до ушей доходит рычание, ― тебе не говорили, что нужно уметь бороться, ты никогда не поймешь ― это единственный способ выживания в нашем гребанном мире. Баланс рушится на глазах, а ты волнуешься о том, почему же мы заботимся о тебе. Любой другой был бы только этому рад, взвалив все дела на других.
― Но я никто либо другой! Мне важно все, что происходит вокруг меня, потому что это часть моей жизни. ― Я не понимала, в какой момент ситуация накалилась, как чертова ртуть. ― Я не люблю, когда со мной нянчиться, как с годовалым ребенком!
Ана за всем этим наблюдала с неверением.
― Да?! Ты, правда, хочешь быть ввергнутой в историю истины, которую тебе предстоит принять и жить оставшуюся жизнь? Это тебя сокрушит! Потому что…ты меланхолически относишься к своим задаткам, не знаешь себе цену, воюешь самой собой. Из тебя выйдет самая отвратительная…
― Достаточно, Регина! Что с тобой? ― вмешалась другая девушка и дернула с острым языком горящую розу. ― Остынь. Она не виновата в том, что не знает всего этого.
― Но она виновата в том, что все началось из-за нее, ― ткнула в меня с ненавистью Регина и чуть ли не плюнула, как настоящий мужчина, отстаивающий свою территорию. Меня пронзила удушающее разочарование и обида. ― Здесь нет для нее места. И меня достало вечное нытье в своей никудышной неуверенности.
Я выпрямилась. За все время никогда не замечала такого выплеска эмоций, словно ты теряешь контроль, как только вживаешься в процесс. Наполненность. Так обозначают сторону Нави. У нее нет граней, она беспощадно атакует твою центральную нервную систему, подчиняя то, что глубоко терзает тебя.