Я проморгала несколько раз и опустила глаза на книгу, что лежала на столе. Все же мне пришлось начать свое изучение странных вещей, закруженные мною и предвещающие разгадку снов, пропажи учеников (взрослые и кронная знать считали, что никто этого не узнает), моего свечения и появившегося в тот роковой день кинжала. Пока…я ни к чему достоверному не приблизилась: в книге по разновидностям орудия ничего не слышали о таком виде кинжала, по магоконтролю нигде не упоминается о свечении тела, а нить между пропавшими обрывается на слове «знать». Конечно, откопать биографию королевы Марии Персниковой-Астровской задача из легких. Жила пятьсот лет тому назад, была женой Александра Персникова ― брак по слиянию двух королевств. У них были дети, но все погибли из-за трагедии, сломившая в тогдашние годы город Валодан; возникший необъяснимый свет разрушил и уничтожил частички привычной жизни, на месте которого осталась зияющая дыра. Сейчас на месте старого замка стоят руины и поговаривают, что они погружены в безутешность: оттуда всегда слышен плачь ребенка. Деревня же, на месте которой возведен современный маленький город, каждый месяц семнадцатого числа встречает туман с отголосками умерших, которые так и не смогли найти покой. Бр.
Подставила руку и оперлась об нее щекой, перелистывая заученную книгу по истории династии древних духов. Такое ощущение, здесь есть вся информация, но ее будто вырвали… Что самое забавное, на фотографии, пропечатанная в учебнике, совсем другая молодая королева Валодана. Но я точно помню, как проснулась от отражения самой себя и крутящегося имени.
Все запутаннее и запутаннее.
Ладно. Смотришь в книгу, а видишь фигу. Тут нужно пойти другим ходом.
Захлопнула ее и пыль поднялась, ударив в нос. Нос зачесался, запахи стали острее и тогда меня прорвало на чих.
― Будь здорова, принцесса, ― послышался низкий баритон позади меня и мурашки табуном растворились по телу.
Повернулась к появившемуся из ниоткуда Демьяну, который уже без всякой безукоризненности пододвинул стул и сел рядом, разместив руки на спинке стула. Эта форма не оставляла никаких попыток ни думать о его горячем телосложении, скрытый от глаз.
― Что ты здесь делаешь? ― шепотом спросила, развернувшись обратно и начиная складывать все книги в одну стопку.
Спустя столько времени вспомнить обо мне ― какое благородие!
― Ты мне не рада? ― выразился он с шуточной обидой и попытался поймать мой взгляд, но я намеренно избегала его. ― Азалия?
― Просто не понимаю, зачем ты пришел ко мне спустя месяца игнора, ― пробубнила себе под нос так, чтобы он это тоже услышал.
Прихватила книги, взяла в свободную руку свой телефону и собиралась уходить, только теплая мужская рука остановила меня, ухватившись за запястье. Кожу начинало саднить от электричества, которое свидетельствовало о моем униженном положении пред этим парнем. Разум твердил уходить, а вот нутро…встрепенулось от забытых чувств.
Я села обратно.
― Эй, ты обиделась? ― усмехнувшись, уточнил Гордеев.
― Если ты настолько слеп, то помогу прояснить ситуацию, ― я дико раздражена.
― Мне даже нравится, что ты скучала по мне.
Сладость в его тембре подкупает без компромиссов и уж точно очаровывает так, что не остается никаких красных знаков «Стоп».
Фыркнула и снова попыталась уйти. Но он останавливает.
Парень забирает книги, отбрасывает их на стол, потом хватается за ручки моего стула и рывком подтягивает к себе так, что мне приходится расставить ноги. Колени его упираются в край и так короткой юбки, скрывая от созерцания…кмх… Лица наши оказываются маниакально близки и шлейф духов пропитывается моей одеждой.
― Не будь настолько самоуверен. Я о тебе не вспоминала, ― твердо цежу и стараюсь увеличить расстояние. ― Зачем пришел?
― Увидеть тебя. ― Расплывается в чеширской улыбке. В уголках глаз орошаются красивые морщинки. ― И извиниться за свое скотское поведение.
― Неужели?
Наглые руки касаются острых коленок, заставляя чуть ли не подпрыгнуть на месте. Черт бы подрал!