Губы кололо. Одно воспоминание о нашей первой встречи разбудило шквал радушия в груди. Эта девушка, словно оживляет меня. Наш танец разбудил меня после долго сна. С Азалией хотелось танцевать до головокружения, в ней была магия, по которой изголодался я настоящий. Сногсшибательная, опьяняющая, невинная по сравнению с тем, кто жил во мне. Вызывала миллион спектров электростатики, которого не получал во время соединения с Романовой. Вот знаете, словно маленький ребенок, мчащийся к морю, чтобы, наконец, повеселиться с друзьями.
Изгибы тела, чистота взгляда, душистость запаха, сводящий тебя с ума. И порочность затмила мне мысли.
С этой девушкой мне хотелось уйти в отрыв в не самом лучшем контексте. Как бы это не удовлетворяло инстинкты, потому что она была столь губительно сексуальна со своим незнанием многого. Тени нашептывали другие глубины, они знали, как велик риск изменить угол воззрения. Они оказались правы. Но еще привлекательнее казалась мысль найти в ней что-то. Не знаю, будто меня толкали невидимые руки судьбы, намекали увидеть явное среди однообразных девушек.
Когда она сбежала в ту ночь, я знал, что должен был найти ее. Но не рассчитывал на такое комическое столкновение. Маленькая леди Royal. Дерзкая, упрямая и дико сексуальная. Мои планы стали совершенствоваться по мере моих возможностей, ведь проблемы королевства стали занимать так много времени. Только вот возникала и другая дилемма ― в отлучке, далеко от нее, я не переставал думать о ней. Некое вожделение, убивающее сосредоточенность. Все переговоры сводились к моим мыслям, образам и воспоминаниям наших разговоров, потому вызывали сумятицу с членами парламента и разногласия с отцом. А когда она четким ударом головой задела мой нос, после, сидя на моих коленях, обрабатывала рану, без компромиссов понял шепоты, она ― моя.
Не просто моя, у нас появилась осязаемая связь. Я смог проникнуться в нее тогда, когда почти касался пухлых губ, жаль, что пока она не знает об этом. Но как чертовски долго мне хотелось их ощутить, и как предвкушающие радовался нашему слиянию губ. Девушка был неопытна, только настолько голодной, страстной, отчего рычаги давления «не смей трогать» остались позади. Конечно, моя горячность давило на нее, но мне не было стыдно. Ладно, было слегка. Хотя это не уменьшает того, что я схожу с ума по ней и хочу закончить начатое, быть с ней и в ней.
Все равно было на свои страшные опасения, не держащиеся на крепком, коротком поводке, которые в общем и доводят меня до устрашения. Вид моей сущности: мерзкий, гнусавый, облезлый. Именно по этой причине я не пускаю в себя кого-либо, считая, проблематичным подвергнуться открытому сочувствию (которое только омрачняет мой образ жизни) или же прикосновению к слабым точкам. Границы. Я не терпел наглого вмешательства в мою жизнь, полностью отрицал любые просветы отговорок, но с ней…я нарушил принципы, на место этого словив крупный флекшбек, переворачивающий мое сознание до помутнения этой девушкой. Я понимал, да, что буду крайне сильно жалеть об этом, хотя пока что меня это не волнует. Я хочу довериться ей. Безудержно и слепо.
Еще бы решился вопрос с назойливостью Влады, моей будущей жены. Как стервятник таскается за мной и не оставляет попыток найти тишину. А еще напоминает одним присутствием ужасную реальность…
Я понимал головой степень важности укрепления государства, но еще больше я слушал свое сердце. И оно противилось этому. Если все зайдет слишком далеко, как я буду выбираться из дерьма, ― не имею понятия.
― Ты совсем спятил! ― вдруг взревела Влада, остановившись. Я сделал пару шагов и развернулся к ней. ― Тебе что мозги отбили, что ты вечно крутишься возле той юбки?
― Тебя это не должно касаться, ― равнодушно осадил пыл.
Стены старого замка давили древней магией. Уши были везде.
― Почему же? Я твоя невеста, законная представительница трона. Меня волнует будущее. Наше будущее. Или ты уверен, что временное помешательство на ней и есть стратегия по правлению? ― Она закинула голову назад, рассмеявшись, когда не услышала моего ответа, и скрестила руки на груди. ― Ты идиот, Дем. Конченный!
― Держи язык при себе, Влада! Если ты заговоришь об этом при отце…
― Он уже знает.
Зубы заскрежетали.
― Не будь наивным, думая, что твой отец никогда не узнает о приключениях сынка за пределами замка. И все же, ― шатенка подошла ко мне вплотную и положила руки на грудь, поднимая смягчившийся взгляд. ― Ты станешь королем, Дем. Твои шаги не должны быть опороченными и порывистыми. Тебе нужно сконцентрироваться на более важных вещах, перестать гнаться за этой дурой и забыть предрассудки. Знаешь, почему я не убила ее, когда следовало сделать давно?