Продолжаю глазами дальше шестерить по залу и как-то устремляю свой взор на второй этаж, где оперившись об перила, стоял молодой парень и удрученно рассматривал толпу. Из-за кепки, опущенной на глаза, мало что можно было разглядеть, кроме как сложенной фигуры: широкие плечи, узкая талия и перекатывающиеся под черной водолазкой груда мышц. Очередной любитель заниматься в зале. К тому же…весь его образ был манящим, ― черный стиль, как пожирающая тьма твою душу. Не исключительно, дам это притягивает. Нам кажется, что в этом мужчине таится много неразгаданных секретов и шрамов на сердце, хотим познать натуру и позволить ему довериться нам. Но они никогда не откроют свою душу малознакомым девушкам. И порой мы ломаемся, когда пониманием, забыть уже не сможем…
Самое печальное это то, что я сама заинтересовалась о нем. Мне, правда, стало любопытно, кто же он такой? Почему ходит в клубе с головным убором? Почему во всем черном? Что его тяготит? Ненормально для подвыпившей меня. В трезвом состоянии я бы не стала дольше положенного на него глазеть.
Парень берет за козырек кепки, приподнимает ее и еще ниже опускает, лишая рассмотреть лицо. От кого интересно, он скрывается?
― Уф, не думала, что он окажется таким горячим танцором.
Рядом с громкой отдышкой падает подруга, развевая чары гипноза. Хлопаю как дурочка ресницами и поворачиваюсь к Лере. Мысленно обязуюсь перестать смотреть на человека, кто волновать меня не должен всякими дурацкими вопросами и фокусирую внимание на танц-поле.
Нашла за кем следить, Азалия. Надо меньше пить.
― Вы смотрелись как два влюбленных голубка, ― подкалываю ее, лишь бы отвлечься от желания снова посмотреть на второй этаж. ― Могла бы и с ним переспать. Вроде бы симпатичный парень.
― Ключевое слово «вроде бы»… Он слишком глуп. Мне таких в постели не надо, а то вдруг от него залечу, потом мучайся с недоучкой.
― Лера, дети же цветы жизни. К тому же фундамент воспитания и обучения с младенческого возраста определяет склад ума ребенка. Не стоит говорить о генетике, она здесь зависит от силы двадцать-сорок процентов.
― Отключите, пожалуйста, умника. Верните мне выпившую Азалию, ― соединив ладони и разместив перед грудью, молится Лера. Я хихикнула.
― Я сижу перед тобой, дорогая.
― Сидишь целый час, но ни разу не танцевала. Прыщи на твоей чудесной заднице появятся, ― бухтит подруга и затягивается каким-то коктейлем. Даже не вдавалась в подробность о названиях. ― Надо развеется. Когда еще мы сможем выбраться и повеселиться так хорошо?
Признаюсь, я еще никогда так в жизни не веселилась, это не беря в расчет местоположение и условия. Впервые мне было легко разговаривать на знакомые темы с подругой, выпивать, выговаривать всякую ерунду, шутить, смеяться, фоткаться, рассматривать парней, заговаривая на неуместные темы. И хотелось бы когда-нибудь повторить. Только уже с другой геолокацией.
― Не знаю, ― поджимаю губы.
― Во-от, так что мы…
― Друзья-друзья! Давайте вместе с вами ненадолго прервемся! ― Музыка резко затихает, удаленно играя на втором плане, и на сцену выходит мужчина лет тридцати в футболке с английской подписью, светлых джинсах и смешных очках в виде звезд. Некоторые люди громко возражают, но их заглушает речь ведущего. ― Никуда только не расходимся. У нас для вас есть предложение, как разбавить монотонность танцев. Также это дает возможность встретить свою половинку, ― загадочно договаривает. ― Объявляется конкурс на «Лучший горячий танец». Правила очень просты: выходят желающие поучаствовать, потом с помощью жребия мы находим вам пару, и в конце ― каждая пара должна представить свой танец, а зрители у нас будут жюри. Приз останется засекречен. Ну, что? Как вам идея? ― Громкоголосость разрывает черноту клуба. ― Слышу, многим приглянулось. Так что, вы готовы?
Все громко кричат «Да». Видимо, их заинтриговала такая игра. Хотелось бы посмотреть, на что парочки готовы ради бурных оваций и неизвестного приза.