Парень искажено ухмыльнулся. Кивнул головой на шкаф, добавив, что красный ящик будет лежать на верхней полке.
Когда я вернулась с аптечкой, он разместился за стулом, на котором я сидела с девчонками не так давно, повернув спинку к столу. Открыла ящик, нашла в нем вату и перекись водорода, тщательно смочила и попросила его держать вату до момента, пока кровь не остановиться.
― У меня вопрос, ― заявил он, когда я села на рядом стоящий стул, ― когда ты научишься обходиться с законным принцем Радожа ― города теней ― более благочестиво?
― Когда ты перестанешь быть там, где я, ― в его же манере ответила и облокотилась об спинку стула. ― Зачем ты сюда вообще пошел?
― По правде, ― руками оперся об колени, ― за тобой.
― Следил?
― Скорее увидел, как ты сюда пришла. Не спится? ― лукаво улыбнулся, взглянув на мои ноги. От его колючего взгляда закинула ногу на ногу и вжалась спиной к стулу. Как же тяжело с ним находиться вблизи, ощущать кожей жар и припоминать тот вечер, когда мы чуть не поцеловались. Наваждение. ― Мне тоже. В последнее время все идет наперекосяк.
― В каком смысле?
― Предстоящий последний год закончит мое обучение в качестве кронпринца. Дальше я должен буду заменить отца, отдать себя власти и посвятить всю жизнь на оттачивание пустой пластинки.
― Ты не хочешь?
Непроизвольно пальцами коснулась губ. Следя за движением его пухлых губ, растет непреодолимое волнение, покалывающее кончики пальцев. Черт.
― Точнее не вижу себя в этом, ― опустив глаза, голосит Демьян.
― Ты боишься. ― Это утверждение. ― Боишься подвести семью?
― С моим отцом, имеющий в руках оружие царство тьмы, каждый будет бояться, ― невесело усмехается и смотрит на меня. ― Я просто не хочу быть похожим на него, всего только. Да и проблемы с этими исчезновениями... Как-никак я задействован в их решении.
Почему-то наедине с ним я будто вижу его настоящего, не замену наследника престола, а молодого парня, смотрящий на вещи рациональнее, с долькой тревоги и без спеси.
Встала с места, подошла к нему и пальчиками дотронулась до подбородка, приподнимая его голову. Демьян не шелохнулся, заворожено глядел на меня. Взяла ватку, а его рука опустилась на колено, отодвинула ее слегка, рассматривая состояние.
― Кровь остановилась. Надо теперь убрать остатки.
На чистую ватную палочку налила перекиси и аккуратненько стала смывать кровь, не переставая натыкаться на туманный темный взгляд принца. Я стояла к нему почти что вплотную, под кожей бежало электричество, убивающее былую робость, руки дрожали, как только касались его лица. Так близок. Так красив и сексуален.
― Что-нибудь известно об их исчезновении? ― нарушила затянувшуюся тишину. Мне нужно себя отвлечь. Мысли до добра не доведут.
Гордеев несколько раз проморгал, убирая пелену, и заговорил:
― Никаких толком зацепок, кроме странных артефактов со времен X века и куски одежды с волосами. Их уже проверяют. Пока что никто не понимает, откуда взялись старые вещи, и какую имеют связь к пропажам учеников. Одно знаю ― это сделали намерено.
― Как думаешь, это может быть угрозой для королевства?
― Несомненно, ― вздохнул Демьян. Ресницы дрогнули и спрятали мою любимую глубину неизвестного. ― Короли, отцы тех девушек, разгневанны и находятся под натиском своих чувств. Под таким предлогом они могут устроить «разруху».
Неопределенность в вещах очень пленит здравость. Никогда не знаешь, чего ждать дальше. Возможно, из-за маленьких проблем и вырастает война.
― Думаю, все, ― добавляю я и откладываю еще одну палочку на стол. ― Прости, что тебя ударила. В следующий раз носи с собой колокольчик, чтобы я знала, когда мне стоит бить.
Прищурилась и мило улыбнулась, собираясь обойти парня, но его руки обхватывают меня за бедра и рывком усаживают к нему на колени. Ахаю от наглости и безрассудства, поднимаю глаза, рдея от одного пылающего огня на дне зрачка. Непроизвольно кладу ладони на плечи, прижимаюсь грудью к его груди, забывая обо всех глупостях, за счет которых я держала себя в узде. Только это было так необязательно.
― Еще больше убеждаюсь в том, что ты боевая заноза в заднице, ― мягко говорит, носом, в который не так давно ударила, утыкается мне в шею. Боже правый. ― Твои извинения приняты. Но для меня этого не достаточно.