– Неужели фальстарт? – показательно расстроилась я, непонимающе хлопая глазами, приложив ладони к щекам.
– Нет, конечно. Это ты во всём виновата, заговорила меня…
– А ты в туалет торопился? Бедный.
Качая головой, я цапнула за локоть пытавшуюся не заржать Лену и медленно двинулась по направлению к классу.
– В расцвете лет такое горе! – не удержалась от громкой реплики напоследок.
– Очень скоро ты за это заплатишь! – зло кинул мне в спину Артур под смешки окружающих.
– По-моему, ты перегнула, – шепнула Лена, оглянувшись через плечо на парня.
– А сколько раз он меня грязью при всех поливал? – возмутилась я. – Может хоть теперь отстанет.
– Это да, но… Марин, мне очень не понравился сейчас его взгляд. Будь осторожней, ладно?
Глава 2.
Уроки закончились. Выпрыгнув на крыльцо, я с наслаждением сделала глубокий вдох – свобода до, пока ещё, такого далёкого завтра. Ура! На часах всего половина третьего дня, а впереди целый вечер. Из-за угла показался капот выделенной для меня отцом машины. Взбила волосы, покусала губы, ругая себя, что опять забыла про помаду и походкой от бедра направилась к выходу из огороженной дорогущим ажурным забором территории. Лена осталась на факультативные занятия, которые я не посещала, так бы не шла сейчас одна, боясь споткнуться под недовольным прожигающим меня взглядом Сергеева. Он вышел из машины, цепко осматриваясь по сторонам, пока я демонстративно медленно к нему приближалась. И чуть не запуталась в ногах, когда его взгляд застыл позади моего плеча, а рука потянулась под пиджак, в то самое место, где пряталась кобура с пистолетом. Спину в тот же момент прожёг чей-то взгляд, пробравший до самых мурашек. Вдох-выдох, собралась, улыбнулась и дошла, наконец, до машины.
– Привет, – сказала я, как можно безмятежней.
– Что за гимназист-переросток прожигает тебе спину ненавидящим взглядом? – спросил он вместо приветствия.
– Волосы тёмным мелким бесом и ледяные глаза? – сделав испуганные глаза, переспросила я, чуть дрогнувшим голосом.
– Да, – кивнул парень, обеспокоенно прощупывая меня всю взглядом и придвигаясь почти вплотную ко мне, глядя сверху вниз, уточнил. – Приставал? Угрожал? Конкретно.
– Думаешь, не смогу за себя постоять? – задирая голову выше, одарила его кривой улыбкой. Жаль, каблуки на учёбу носить нельзя, в росте ему я ощутимо проигрываю. – Забыл наш последний спарринг на татами?
– Я серьёзно сейчас, – это он признался, что в поддавки играл? Так я и знала!
– Как и я, и сама за себя постоять сумею, – сжав кулаки, с вызовом смотрела снизу вверх я. – Кстати, посмотри, он брюки уже высушил? Посередине, чуть ниже пояса такое небольшое мокрое место.
– Дура! – сквозь зубы процедил Сергеев, разворачиваясь и возвращаясь на водительское место.
– А ты хам и гад, – пожала я плечами, открывая свою дверь и ныряя в салон. – Тебе, как и мне, подобные комплименты до лампочки, верно?
Парень резко дал по газам и машина рванула с места. Я, успев съехать на сидении и упереться коленями в переднее кресло, лишь довольно улыбнулась. Реагирует! До дома доехали в молчании, что меня устраивало полностью, а едва машина остановилась, я выпорхнула из салона, не забыв напоследок, как следует, хлопнуть дверцей, и пошагала к ступеням крыльца.
Распахнула дверь, скинула обувь и замерла, заметив мачеху с каким-то мужиком в нашей гостиной.
– Стучать тебя не учили? – резко бросила она, поднимаясь с подлокотника кресла своего визитёра и отходя прочь.
– Зачем бы мне это делать в собственном доме? – напомнила я ей о том, кто является законной хозяйкой данного места.
Отец не спешил себя связывать узами брака, что Наталью невероятно бесило, но поделать с этим она так ничего и не смогла. Содержание ей он выделял более чем щедрое, судя по количеству процедур, что она с собой регулярно делала, брал с собой на мероприятия, отдыхать ездили вместе, куда хотела она. Пару лет назад она вроде как даже смирилась с тем, что останется незамужней, ведь отец перевёз её в наш дом. Смирилась бы, если б не я.
Поначалу она даже мне понравилась, пока не стала тыкать своим особым положением и разговаривать с прислугой при мне свысока, конечно же, за спиной у отца. Меня же воспитывал иначе, заставляя уважать людской труд, не зависимо от статуса человека и его достатка. Все профессии нужны, все профессии важны – что-то вроде этого. И как бы я могла приказывать тёте Кате? Той, которая меня с пелёнок растила? Или Стасу, племяннику старого садовника Антона, с которым ещё мелкая я дралась из-за ведёрка? Конечно, есть личные границы, правила, но есть и отступления. В их выходной мы себе позволяли попить чаю вместе или посидеть у костра за разговором. А как иначе? Каждый день проводим вместе больше пятнадцати лет, знаем всё друг о друге. Не каждая семья может подобным похвастаться.