– Шутишь? – окинув недоверчивым взглядом помещение, в котором мы находились, уточнила подруга.
Ничего, кроме разнообразных трасс в разной плоскости и страховочных ремней, прикреплённых к потолку здесь не было.
– А как же тренажёрный зал?
– В него я хожу только с тобой, за компанию. Здесь интереснее. Пойдём наводить красоту, как и договаривались? – сдёргивая Лену со скамьи и ведя в сторону раздевалок, спросила я.
– Конечно, – кивнула подруга.
Следующий час мы провели в мягких креслах по соседству друг с другом.
А после отправились домой. Высаживая подругу около дома, с огорчением думала, что уж слишком быстро пролетело время до вечера, совсем скоро садиться за стол. Наталья при каждом удобном случае демонстрирует отцу, что всеми силами старается наладить со мною общение. Это она завела традицию совместных приёмов пищи каждым вечером, а по выходным ещё и совместного воскресного обеда. С одной стороны, отец перестал пропадать на работе, мы виделись чаще и разговаривали обо всём, кроме его дел. С другой – при нашем общении всегда присутствовала Наталья и позволить себе побыть с отцом откровенной я не могла. Ведь я слышала для чего она всё это затеяла, обсуждая детали с подружкам по телефону, думая, что меня дома нет. И ладно бы это были бы обычные ужины, так нет же, она требовала, чтобы я была одета в платья, как леди, подрожала ей.
Сегодня настроения не было совершенно, я даже подумывала остаться в комнате, сказавшись больной. Но после скалодрома, организм требовал калорий, потому я готовилась к очередному сеансу критики в собственный адрес, обоюдных подколок с мачехой и недовольно хмурилась.
– Что, день зря прожит? – усмехнулся Сергеев, останавливая машину около входа в дом и наблюдая за мной через зеркало заднего вида.
– Тебя это как-то касается? – вернула ему усмешку, тоскливо смотря в противоположную от входной двери сторону.
– Конечно. Опять на мне будешь тренировать то жало, что замещает тебе язык.
– Огорчу, но ты не единственный во вселенной. Есть и другие, много других.
Вышла из машины, традиционно от души хлопнув дверью и слушая удаляющийся визг покрышек, чувствовала, как настроение поднимается. Решительно толкнула дверь и вошла в холл.
– Опаздываешь, – приветствовал меня стоявший перед входом в гостиную отец, кинув демонстративный взгляд на часы.
Ясно, Сергеев доложил о моём прибытии. Когда только успел? Телефона в руках я не видела, он всю дорогу рулил.
– Наконец-то, – присоединилась к отцу Наталья, как всегда при параде – платье, причёска, драгоценности.
Я, с забранными в хвост русыми волосами и отсутствием макияжа, выглядела на её фоне бледно. Судя по довольному взгляду мачехи, она думала так же.
– Ну, что, за стол? – предложил отец, подавая руку мачехе.
– Присоединюсь через секунду, – сообщила, снимая туфли и мчась вверх по лестнице в комнату.
– Нос береги! – подколол отец, припомнив, как я лет в семь упала на этой самой лестнице, зацепившись за ступень носком туфли и его разбила. Мама тогда долго меня утешала, обещая, что всё заживёт до свадьбы и я буду у неё самая красивая невеста.
– Вряд ли она так быстро успеет принести себя в порядок, – прервала колким замечанием мои ностальгические воспоминания Наталья. – Сам же видишь, что у неё на голове!
– Должен же кто-то подчёркивать тот шедевр, который удалось создать твоему парикмахеру, – крикнула я сверху.
– Саша! – услышала предсказуемый возглас мачехи.
– Ты, и правда, сегодня особенно хорошо выглядишь, – миролюбиво ответил ей отец не любивший влезать в наши разборки.
Переодевшись в домашнее и заскочив в ванную, быстро помыла руки, пригладила чуть растрепавшиеся волосы и помчалась вниз.
Только стук столовых приборов нарушал тишину, воцарившуюся с моим появлением за столом. Отец был занят едой и просмотром сообщений в телефоне, соблюдая негласный нейтралитет, Наталья же меня демонстративно игнорировала. Криво улыбаясь, я поглядывала на её поджатые губы и подчищала тарелку. Аппетит после физических нагрузок, разыгрался зверский, ещё и тётя Катя сегодня расстаралась. Еда была такой вкусной, что я не удержалась и кусочком хлеба собрала до последней капли весь соус с тарелки.