— А ты тоже умеешь? — удивилась она.
— Немного, — хмыкнул Берт.
Они вышли на лед. Людей было мало, поэтому Жизель смогла разогнаться. Первое время они просто ездили по кругу, но потом девушка отъехала в сторону. Разгон, прыжок, группировка, вращение, приземление. Она услышала, как Бертран изумленно ахнул.
— Ты умеешь делать тройной тулуп?! — не мог поверить он.
— А что? — хихикнула Жизель.
— Где ты этому научилась?
— Во дворце. Со мной немного занимались учителя, — он пронеслась мимо парня, разогналась и взмыла в воздух, вращаясь под углом.
— Осторожно! — крикнул Берт, но Жизель вновь идеально приземлилась на лед. — Ты знаешь, что ты только что сделала?
— Тройной лутц.
— Жизель, ты полна сюрпризов, — восхищенно сказал он, подъезжая к ней и беря за руки. — Это очень сложный элемент. Не делай так больше.
— Почему?
— Я не могу допустить, чтобы ты упала и ударилась, — щелкнул он ее по носу. — Не прыгай больше.
— Хорошо, — Жизель грустно опустила голову.
— Покажи, что ты еще умеешь, только без опасных прыжков, — попросил Берт.
Девушка закружилась, скрестив ноги. Она каталась, забыв обо всем. Элементы сами собой получались у нее, иногда она даже не замечала, что выполнила то или иное действие.
— Умница, — восхищался Берт, в основном наблюдавший за ней у бортика. — Но полчаса прошли, нам пора.
Жизель очень не хотелось уходить. Но что поделать… Не справившись с собой, она вновь разогналась и оттолкнулась ото льда, взмыв вверх.
— Жизель! — прикрикнул Берт, подъезжая к ней. — Ты маленький чертенок, — он взял ее за руку и на буксире повез к выходу.
— Как ты считаешь, а я могу поучаствовать в соревновании? — спросила она на обратном пути.
— Нет, мышка, об этом не может быть и речи, — покосился на нее Берт. — Во-первых, это опасно само по себе, ты можешь получить травму. Во-вторых, многие узнают вас, а нам сейчас это нежелательно. О том, что вы живы и находитесь здесь знаем только мы, Гродер и ваш брат. Мы опасаемся, что если кто-то еще пронюхает об этом, могут появиться дополнительные проблемы. А нам это не нужно.
Жизель совсем сникла. Она шла, опустив голову, и ничего не говорила.
— Прости меня за тот раз, — прервал молчание Берт.
— Ты про что?
— Про мой вопрос. Я правда не хотел тебя обидеть, просто пытался прощупать, есть ли в тебе голубая кровь.
Жизель грустно улыбнулась.
— Если бы я знал, кто ты, я бы даже и подумать не смел о таком спрашивать, — убеждал ее Берт.
— Это да, — хмыкнула она. — Осмелься ты на такое, мой брат вызвал бы тебя на дуэль.
«А сейчас любой может меня оскорбить, и ничего ему за это не будет».
Как же так? Расти во дворце, получать образование, владеть этикетом и иметь безупречные манеры… Зачем все это? Оказавшись за пределами всего этого мира, Жизель ничего из себя не представляет. Кто она? Обычная девушка, пусть и с магическими способностями. Если бы не случайность, которая столкнула ее и сестру с Грегом и Бертом, одна из них была бы уже мертва, а другая обесчещена. Даже Адель, и та имела цели, мечты, способности. Она даже готова была распрощаться с прежней жизнью, лишь бы стать собой.
— Эй, ты чего? — Берт неуверенно обнял ее за плечи. — Неужели я тебя так сильно задел? Ну извини меня.
— Причем здесь ты, — всхлипнула Жизель. — Ты не понимаешь… Я представляю ценность только из-за моей родословной. А сама по себе я никому не нужна, — она отстранилась и пошла в противоположную от Берта сторону. Парень бросился за ней, но она как будто растворилась в воздухе.
— Мышка! — крикнул он так, что прохожие обернулись. Только что была здесь, в трех шагах от него, и снова испарилась, в третий раз! Бертран как помешанный бегал вокруг места, где она стояла, но принцессы нигде не было.
Через полчаса поисковой отряд прошерстил все вокруг, но найти ее не удалось.
— Как ты мог ее потерять?! — рычал Грег.
— Она просто исчезла! — Бертран принимал самое активное участие в поисках, и даже не потому, что боялся увольнения, а потому что с ума сходил от беспокойства за Жизель. Стоило только представить, что она в лапах похитителей, что ее обижают или… Руки сами сжимались в кулаки, и он шел обыскивать новые участки.
К вечеру поиски не дал никаких результатов. Бертран сидел на бордюре, вцепившись руками в волосы. В душе все оборвалось. Он упустил ее. Его не волновало, что впервые в жизни он так облажался. Бертран не мог простить себе, что не защитил ту, которая запала ему в сердце.