— Привет!
Я ускорила шаг, бросаясь вперед и пытаясь обнять подругу. Костик же даже не потрудился сделать шаг в сторону. Вот тебе и принц.
— Привет! Костя, знакомься, это Мишка — моя лучшая подруга! Мишка, это Костя!
Этот блохастый окинул меня с ног до головы внимательным взглядом и еле заметно скривил губы.
— Почему Мишка? Вроде девчонка, хотя… В нынешнее время и не разберешь, кто есть кто. Но, крошка, — меня передернуло, а он коснулся губами Юлькиного виска в легком поцелуе, — я против твоей дружбы с парнями. Даже если они носят милые косички.
Я опешила. Не успела ни слова сказать, а уже стою, словно облитая помоями. А Юлька только засмеялась и, еще теснее прижавшись к своему принцу, толкнула его острым локотком в бок.
— Костя! Вряд ли Мишка оценит твой юмор сейчас, когда вы еще толком не знакомы.
Ну… Если это юмор, то я балерина. Вдох. Выдох. Может, все не так и плохо. Вечер продолжается.
Мы поднялись на яхту. На носу находилось джакузи. Наверно, было бы приятно погрузиться в теплую воду, греясь в солнечных лучах под шелест волн… Но сегодня не было ни солнца, ни тепла. Поэтому мы прошли дальше. Костик, властно обхвативший Юльку, даже не думал ее отпускать, и она послушной овцой тащилась за ним следом, иногда бросая на меня через плечо виноватые взгляды. А я уже чувствовала себя третьей лишней. На главной палубе располагалась зона для отдыха с мягкими диванчиками и низкими столиками из темного дерева. Я опустилась на диван, проваливаясь в подушки, и жадным взглядом окинула закуски и напитки. Что ж… Этот Костик явно не дворовый блохастый, цену себе знает. Тут только вино стоит столько, сколько мне на одном заказе не заработать.
— Дорогое, — я повертела в руках бутылку, — надеюсь, еще и вкусное?
— Да уж повкуснее, чем вино из коробки. Или вы, Мишель, больше по другим напиткам?
Язвительности в его голосе сложно было не заметить, но Юлька не замечала, околдованная то ли его взглядами, то ли пальцами, что без остановки поглаживали то ее плечико, то волосы, то колено. Ее я не винила. Влюбленность — она такая. Наверно. Хрен знает, смогла ли бы я влюбиться в этого кретина.
— Коньяк люблю. Слышала, что вы, Константин, тоже не брезгуете крепкими напитками. Или слухи врут?
Наши взгляды скрестились. И его вдруг из похотливого превратился в презрительный.
— Не нравлюсь?
Спросила спокойно, отпивая из бокала и отправляя в рот виноградинку. Юлька встрепенулась и бросила на меня обеспокоенный взгляд. Неужели все-таки вернулась в реальность и почувствовала давящую атмосферу этого вечера?
— Мишка! Ну что за глупости? Разве ты можешь кому-то не нравиться? Да, Костя? Ну скажи ей.
— Да, крошка, — он потрепал ее по волосам, как кошку, и ехидно добавил, — разве такое может кому-то не понравиться?
Ветер растрепал волосы и бросал их в лицо. Море, пахнущее водорослями, волнами билось о борт, покачивая яхту. Юлька спрятала лицо на груди у своего Костика, и тот, заботливо укрыв ее пледом, целовал в макушку, не переставая бросать на меня пренебрежительные взгляды. А я сидела на шикарной яхте, пила дорогое вино и не понимала, что тут делаю. Мне не о чем было с ним говорить. Но и встать и уйти просто так я тоже не могла. Видела, что и Костик хочет побыстрее от меня отделаться, но продолжает притворяться вежливым и доброжелательным. Странно, что Юлька до сих пор верит, ведь у него не особо выходит.
— Может, спустимся вниз? А то так и простыть недолго.
Мой голос прозвучал неожиданно громко. Юлька вздрогнула, улыбнулась и первая встала с дивана.
— Да! Пойдемте вниз. Я, кстати, у Агаты какую-то карточную игру сперла. Поиграем?
— Поиграем.
И, захватив с собой пару бутылок, мы спустились в салон.
Развалившись в широком кресле, я вертела в руках потрепанную коробочку с игрой. Было видно, что пользовались ее содержимым часто: затертое название, мятые уголки, следы на картонке то ли от вина, то ли еще от чего — не разберешь.
— Я не заглядывала внутрь.
Костик усадил Юльку к себе на колени, и та со счастливой улыбкой ждала начала игры.
— Сейчас и заглянем.