— А в чем Юлька собиралась ехать?
Гата резко затормозила и задумалась.
— Не знаю. Вроде джинсы и топ какой-то. Точно кроссовки. Еле уговорила ее босоножки дома оставить.
— Так… Мокро, холодно и ни куртки, ни еды, ни Костика.
— Убью, падлу! — снова завелась Гата, мешая думать.
— Тихо! Дай мне мой телефон. Будем искать этого урода.
Полчаса убили на то, чтобы через соцсети найти страничку Костика, который особо и не шифровался, выставляя напоказ свою идеально выглаженную жизнь, и пробить его номер. Странно, что Гата раньше не додумалась до этого.
— Да понимаешь, — она как-то неуверенно дернула плечами, — сначала решила, что Юлька просто забыла написать, потом — что сети не было. Или Костик там ее так залюбил, что просто времени ответить не осталось.
— Так чего прибежала тогда ко мне? — спросила, вбивая номер Костика и стараясь не ошибиться.
— Интуиция, — хмуро бросила она, заглядывая мне за плечо. — Поставь на громкую. Хочу услышать все, что этот смертник в свое оправдание скажет.
— Лучше не вмешивайся, — слушая гудки, предупредила я. — Сейчас главное узнать, как далеко от города он ее оставил.
Трубку он взял только с пятого раза. Хриплый, будто спросонья, голос прозвучал недовольно. Кто вообще спит в начале девятого? Только урод, выкинувший девушку на трассе.
— Алло… Алло, говорите.
— Костя, это Мишка, подруга Юли.
Я старалась говорить максимально вежливо: подозревала, что стоит начать ругаться — и он сбросит звонок. Гата рядом нетерпеливо покусывала костяшки пальцев, готовая в любой момент броситься к выходу, чтобы отправиться за сестрой.
— А, это ты, — выдал он бесцветным голосом. — Чего тебе?
— Где Юля?
— Что?
Мое терпение заканчивалось, и я из последних сил держала себя в руках. Стоило только подумать, что моя Юлька одна, мокрая, холодная, где-то в лесу — становилось не до вежливости.
— Ты, — принялась почти по слогам проговаривать слова, пытаясь не сорваться, — высадил ее где-то на трассе. И она до сих пор не вернулась домой.
— Не ври, — как-то неуверенно протянул он, и я с силой сжала зубы, чтобы не обматерить его.
— Костя, — мой голос угрожающе понизился на несколько тонов, — Юлька не вернулась. Она одна где-то без связи, еды, воды и под дождем. Где ты ее оставил? Как далеко от города вы успели отъехать?
— На триста с лишним километров.
Я подавилась воздухом и закашлялась. Это если они на машине ехали около трех часов, то как долго моя неспортивная подруга должна добираться назад пешком? А с ее топографическим кретинизмом вообще хорошо, если в обратную сторону не ушла!
— Ты, придурок, — вдруг прошипела Гата, наклоняясь к телефону, будто от этого становилась ближе к Костику, — я тебя предупреждаю. Если с Юлькой что-то случится, найду и в асфальт закатаю.
— Да что с ней может случиться! — как-то истерично взвизгнул Костик. — Я почти сразу же за ней вернулся! Я и отъезжал только для того, чтобы она успокоилась, а не орала, как сумасшедшая. И не было ее там, где оставил! И рядом не было! Несколько раз туда-сюда проехал. А значит, поймала попутку и загуляла где-то! Хватит меня во всех грехах обвинять! Еще убийство повесьте! Дуры!
И бросил трубку.
— Миш, — тихо, почти беззвучно выдохнула Гата, — что делать-то?
— Что-что… Шепелеву звонить. Кто нас в такую погоду на ночь глядя куда-то за город повезет?
Раньше я сразу бы принялась вызванивать Стаса. Сейчас же мне пришлось буквально заставлять себя. Только мысль о Юльке и не давала спрятать телефон куда подальше. Я знала: Стас наплюет на все наши размолвки и бросится помогать. Потому что это мой Шепелев — надежный, верный и человечный.
— Стас, — выпалила, как только услышала его голос, — Юлька на трассе пропала. Еще днем. В трехстах километрах от города.
— Черт. Одевайся, через пять минут буду.
— Тут со мной сестра ее.
— Понял. Жди.
Я быстро оделась потеплее и заставила Гату натянуть свою толстовку. Гата была гораздо выше меня, но я всегда любила вещи попросторнее — чтобы утонуть. Поэтому толстовка пришлась ей впору. Жалко, что обеспечить ее сухими штанами я не могла. Пока было время, снова открыли карту и попытались по километражу определить хотя бы примерное направление, в котором они ехали к этому чертовому домику. Оказалось, вариант был всего один — в соседний район к Жемчужным озерам — излюбленному месту отдыха для богатеньких.