Когда Стас позвонил и сказал, чтоб спускались, мы были уже готовы. Я схватила с тумбочки в прихожей налобный фонарик и выскочила следом за Гатой.
Стоило выйти из подъезда, как сильный порыв ветра швырнул в лицо холодные капли. Казалось, еще немного, и струи дождя превратятся в сплошную стену. Я вздрогнула и, схватив Гату за руку, ломанулась с ней к машине, приветливо мигающей фарами.
— Привет, — я бухнулась на переднее сиденье и выпалила, — она где-то на трассе без еды и нормальной одежды. В сторону Жемчужных озер. Я б этого Костика…
Договорить не успела. Стас снова завел машину и, коротко кивнув, сказал:
— Понял. Там из-за ливня дороги затоплены и размыты, трасса перекрыта часов с двух-трех. Так что даже попутку не поймать.
Гата чертыхнулась, а я несколько раз в отчаянии приложилась лбом о бардачок. Опять начал накрывать ужас. Ладно дождь, лужи, грязь — не маленькая, вытерпит. Но трасса местами идет вдоль скал. А там что угодно произойти может: дерево штормовой ветер снесет, камень со скалы сорвется. Один раз по голове тюкнет — и уже не встанешь…
— Пристегивайтесь и поедем. Я там постам и патрульной службе уже сообщил.
И, ободряющее взглянув на меня, уверенно сказал:
— Все будет хорошо. Верь мне.
И я поверила.
Глава 30. Юлька
Дорога тянулась лениво и бесконечно. Под ногами сухой асфальт, местами потрескавшийся, по обочинам — зелень, в которой надоедливо стрекотали кузнечики. Над головой плывут густые облака, закрывающие солнце. Как бы дождь не пошел.
Я шла, пытаясь бодриться, даже немного напевая себе под нос. Все будет нормально. Сейчас кто-нибудь да остановится и подбросит до городка. Может попадется веселый дедулька с кучей интересных историй. Или мама с ребенком. Ну или, на крайний случай, дальнобойщик. Да кто угодно, только не Костик.
Глянула на экран телефона. Сети все еще нет. Настрочила пару сообщений Агатке — может, хоть одно пробьется. А то решит, что я пропала. Хотя…не сильно ошибется.
И тут — звук. Сердце радостно подпрыгнуло. Машина. Я обернулась. Серебристая “бэха” гудела и, замедляясь, поравнялась со мной. Стекла опустились, и из динамиков на всю округу заорал какой-то блатняк. Внутри двое парней, лет двадцати с хвостиком. Выглядят вполне себе дружелюбными. Я приветливо им улыбнулась.
— Куда путь держишь, красавица? — сказал тот, что за рулем. — Может, подбросить?
Я, все еще улыбаясь, закивала головой, как болванчик, и потянулась к ручке двери.
— Правда, место у нас есть только на коленках… — усмехнулся тот, который сидел на пассажирском сидении.
Рука, словно обжегшись, сама собой отдернулась. Улыбка сползла с лица.
— Что? — ошарашено пролепетала я, с растерянностью глядя на него.
— А ты как думала? Прыгай, пока место теплое, — хмыкнул он, хлопнув ладонью по колену, на которое, судя по всему, мне и предлагалось сесть.
Парни заржали. Таким мерзким, липким смехом. И в голове что-то щелкнуло — я посреди дороги в обществе каких-то типов. Они ж могут что угодно со мной сделать. Затащить в машину, увезти в лес, изнасиловать. А потом убить. Меня накрыла паника.
Я резко отшатнулась, и даже не помня, как именно, прыгнула в кусты — где крапива, репей и борщевик. Ветви хлестнули по лицу, колючки моментально впились в кожу, но мне было плевать. Главное — подальше от этих уродов.
— Э, ты чего?! — донеслось с дороги. — Мы ж пошутили, е-мое!
— Эй, барышня! Штормовое предупреждение передавали, не дури там, выходи уже!
Я молча сидела в кустах, почесывая руки, обожженные крапивой. Ага, знаю я таких. Сначала веришь всяким ушлепкам, пугающих погодой, а потом плывешь себе мирно по водичке лицом вниз. Нет, спасибо. Я уж тут отсижусь.
Они какое-то время еще что-то кричали, но вскоре мотор взвыл и “бэха” уехала, унося с собой кошмарные звуки музыки и хохот пацанов.