- Обычный лесной зверёк с музыкально-звуковой проводимостью, нужно полагать.
- Нужно?
- Вероятно.
- Лады. И почему же я не похож на остальных?
В порыве энтузиазма Дубнер размахнулся рукой, и сок из чашки пролился на скатерть.
- В том-то и дело: похож. Да что там, ты такой же, как все. Однако...
- Однако?.. - Ёжик насторожился.
- Однако умеешь слышать музыку или, возможно, звук. Умеешь их складывать, играть и превращать в произведения с перегрузом.
- А откуда, кстати, берётся перегруз?
Бобёр ответил, разом опорожнив чашку с ежевичным соком и набив рот медовым печеньем.
- Бобытийная бобряжённось.
Сосед по столу выпучил глаза.
- Прошти, - извинился Дубнер, прожевал еду и произнёс внятно: - Событийная напряжённость, ну, по моим догадкам.
- Теория вероятности? - выдохнул остроносый.
Поверить в чудесную гитару - дело отнюдь не из лёгких, а принять в качестве данности, что ты важная фигура в играх реальности... Не-э-эт! Вот этого точно не может быть!
- Теория напряжённости, - между тем объяснил хвостатый строитель. - Я тут прикинул, многое сходится. Например что? - сам задал себе вопрос Дубнер и немедля сам ответил: - Несколько удивительных совпадений привели к появлению у тебя способностей - раз. Погода реагирует на сделанную из природных материалов гитару - два. Произведённый из натурального дерева инструмент "чувствует" тебя и окружающую среду - три. Плюс электричество, плюс общее беспокойство, плюс наши с тобой философские дебаты. Не спрашивай, система ли это... - Бобёр внезапно замолчал, таинственно приподняв брови, и Ёжику пришлось закончить предложение за собеседника, шёпотом:
- ...хоть и похожа, словно сестра-близняшка.
Тут сок закончился, печенье - одновременно с ним. Еж подумал, что засиживаться в гостях, пускай причина и позволяла, совсем неприлично; поэтому он аккуратно вылез из-за стола, почувствовал, что съел чуть больше сладостей, чем, наверное, требовалось, и сказал Дубнеру "До свидания!".
- Уходишь? - немного удивился и слегка расстроился хозяин дома. - Тебя проводить?
- Да нет, спасибо... Если что, на гитаре поиграю. - Было неясно, шутит Ёжик или нет, однако гитару он всё же прихватил, да не выказав притом ни малейших сомнений.
- Удачи, - напутствовал бобёр, убирая со стола. - Приходи завтра или когда сможешь: кажется, с этого момента наши пути нескоро разойдутся.
- Обязательно приду, и, думаю, как раз завтра.
Одевшись, Ёж вышел на улицу; Дубнер провожал гостя взглядом из окна. Пока зверёк с толстенькими короткими ножками вышагивал по мокрой траве, в голове его вертелась жизнерадостная мелодия. Он стал напевать её и поглядывать по сторонам: вот ласточка пьёт из лужицы; вот гриб растёт, шляпка вся мокрая; вот капает с деревьев, листва на которых лучится от влаги. Красиво! Он замер на месте и залюбовался округой.
"Солнце играет в воде, вода капает с проводов, - проносились в сознании мысли, - провода бесшумно "несут" электричество, электричество создаёт звук, звук извлекается из струн, а на струнах гитары..."
Неожиданная догадка обрушилась на него, подобно недавнему ливню; Ёжик хлопнул себя по лбу и стремглав понёсся обратно к домику бобра. Запыхавшийся зверёк вбежал в прихожую и, уставившись на друга, стал приводить дыхание в порядок.
Дубнер приподнял бровь.
- Это входит в привычку. Ёжик, ты бы не загонялся зря...
- Погода! - отдышавшись, воскликнул колючка. - Погода, понимаешь?!
Электрик в отставке не понимал.
- Что погода?
- Ну, была же засуха, - попытался пояснить Ёж.
- И?
- А потом гроза, дождь, молнии - и я научился играть на гитаре. На "Везеркастере". Который ты сделал. Ты. Это твой "Дубнер Везеркастер".
Домовладелец раскрыл большой рот.
- Всё-таки система... - выдохнул он.
- Ага, - подтвердил Ёжик. - И знаешь, что я думаю?
- Э?
- Лес не переживёт второй такой засухи: надо что-то делать! Играть... хотя бы для начала!
Ёж в нетерпении смотрел на Дубнера, а тот вдруг сделался до поразительного спокойным, даже зевнул.
- Хорошо, что всё выяснилось, - просто заметил он. - Подожди здесь, сейчас принесу партитуры с табулатурами.
Часть 3. Соло
1/5
Ёжик плюхнулся колючками в кресло и положил гитару на коленки. Перед ним на небольшом круглом столике лежала ни больше ни меньше гора испещрённых музыкальными знаками бумажек. Партитуры с табулатурами, которые и обещал принести Дубнер и которые должны были помочь новоявленному музыканту познать все радости музыки.