— Но ведь врачи сказали, что операция прошла успешно, Ливия идёт на поправку, а волноваться нечего, — тихо, почти шёпотом напомнила мама. Она сидела на краю дивана, сцепив пальцы в замок, её костяшки побелели.
— Да, но… — я уткнулась лицом в подушку и сжала её, словно та могла спрятать меня от накатывающей внутренней бури. — Но она так меня и не узнала.
Папа подошёл ближе и опустился на корточки, смотря снизу вверх, будто хотел достучаться до моего взгляда, который я упрямо прятала в диван.
— Родная, Лив всё так же любит тебя. Пускай сейчас не умом, но сердце… сердце помнит абсолютно всё, — папа с нежностью сжал мою ладонь, а его голос звучал так успокаивающе, что все тревожные мысли плавно начали отступать на второй план.
В горле снова запершило, и я проглотила подступившие слёзы.
— Помните… — я сделала глубокий вдох и выдох, пытаясь унять дрожь в голосе. — Как она потеряла Чепу, своего плюшевого мишку? Плакала ночами, звала его по имени во сне… А потом…
— Потом ты его нашла, — с улыбкой сказала мама, наконец оживляя свой голос.
— Не просто нашла, — поправила я, ощутив, как уголки губ сами собой тянутся вверх. — Я придумала Чепе целую легенду о том, что он всё это время путешествовал, проходил испытания, чтобы стать героем… специально для неё и защищать, когда потребуется.
— Ты тогда была совсем крохой, девочка с фонариком и спасательной миссией, — папа по-доброму рассмеялся. — Тебе было девять?
— Да… Я тогда не спала всю ночь, стирала, сушила, после того как нашла его измазанным в грязи под соседской яблоней, а потом шила ему плащ из старого зелёного лоскута. Помните?
— Помним, — одновременно сказали мама и папа.
— Лив была в восторге, а позже она и сама начала придумывать для него кучу новых приключений, — выдохнула я. — Она верила в него, как в настоящего защитника. И с тех пор всё, что я хотела, чтобы она никогда не переставала верить.
Чепа стал ее талисманом. А моим… стали её улыбка и яркие от счастья глаза.
Уголки маминых губ дернулись, формируя легкую улыбку.
— Память обязательно восстановится, — проговорила мама, глядя строго перед собой.
— Но почему только меня? — моё тело сжалось, а дышать становилось всё труднее, будто кто-то перекрыл мне кислород. — Я думаю, это как-то связано с моей биологической мамой.
На мгновение воцарилась тяжёлая, вязкая тишина. Мама мотнула головой и съежилась, робко обнимая себя за плечи, по её щеке аккуратно скатилась слеза.
— Бреанна, мы ничего об этом не знаем. Если в ситуации действительно замешаны твои кровные родственники, они оказали нам медвежью услугу. Мы почти потеряли Ливию и каждый день живем в страхе, что твои кошмары могут и тебя у нас забрать. Я не знаю, какие у них были причины так оставить тебя и не ввести хотя бы нас в курс дела, но они сделали свой выбор. Мы с твоим папой не хотим, чтобы ты начала в этом утопать. Ты нужна Ливии. Не твоё прошлое и не их тайны, а ты, здесь и сейчас, — на последней фразе голос мамы неестественно обострился и лезвием прошелся по мне.
Я молчала. Папа тихо провёл рукой по моей спине.
Мне было четырнадцать лет, когда они рассказали о том, что нашли меня в коляске около дома совсем одну: без дополнительных вещей, записки или каких-либо опознавательных знаков. А позже, под матрасом, нашлось ожерелье из ангелита, часть которого я ношу до сих пор.
Тогда я сразу для себя решила, что кровных родителей для меня не существует, есть только те, кто сейчас со мной, кто был рядом каждый этап взросления, кто плакал и радовался вместе со мной, давал наставления, делал горячий чай, чтобы выслушать мои истории из школы, и посещал каждый мой праздник.
Помимо этого, я даже представить не могла, чего им стоило сделать мне отметку Четвертого пояса. Обычно всем малышам ставят ее сразу после появления на свет, буквально в первый месяц жизни, но у меня не было ничего.
Скрывать свои способности, тайно переделывать отметки о принадлежности к поясам или выдавать себя за другого человека — незаконно. Если бы я начала расспрашивать или искать, то навлекла бы беду не только на себя, но и на Лив, на родителей. Поэтому я даже не думала о том, чтобы найти своих биологических родителей или узнать о своем происхождении.