Она метнула в меня долгий взгляд, в котором смешались злость и страх.
— Смотри у меня, Дамиан.
— В Лоан-Маре правят мойры, — отвлёк нас Марв. — Клото, Лахесис, Атропос. Неизвестно они ли там или их потомки… так как оттуда никто не возвращался, но думаю встреча с ними в любом случае не самая… безопасная.
— Ну может быть… в Лоан-Маре так хорошо, что они просто там оставались, по своей воле? — Лин чуть смягчила тон, но от неё самой сквозило напряжением. — Здесь написано, что пока проводник находится там, узел считается завязанным, и мир функционирует, как и прежде. В независимости от того жив ли проводник или нет.
— Это даёт надежду, что там тоже есть жизнь, может быть даже счастливая… — выдохнул Марв.
— Так. Мы узнали достаточно, — я откинулся на спинку стула, чувствуя тяжесть в каждой мышце. — Завтра утром заседание Совета. Нужно выспаться и продумать план. На сегодня всё. Спасибо вам.
***
Я лежал на спине, уставившись в потолок. Тьма давила, как мокрое одеяло, а мысли ходили кругами, не давая заснуть. Каждый раз, когда веки тяжелели, перед глазами вставало одно и то же — Пирр и Бри рядом, их силуэты в тумане, они медленно расплываются и исчезают. И я, стоящий слишком далеко, чтобы что-то изменить.
Выругавшись вполголоса, я сел, спустил ноги на тёплый пол и прошёл к столу. Лампа зажглась с тихим щелчком, выхватив из мрака лист чистой бумаги. Ручка легла в пальцы так, будто ждала этого момента весь вечер.
Дорогие Пирр и Бреанна,
Я должен был всё рассказать вам раньше. Не тогда, когда уже было поздно, а в тот же день, как нашёл упоминание об узлах. Я поверил, что смогу сделать всё сам, не втягивая вас, и обмануть систему, а в итоге сам попал в свою же ловушку. Это моя ошибка — и всё, что случилось, на моей совести.
Если вы сейчас злитесь или ненавидите меня — вы правы. Но прошу, знайте: я не оставлю попыток вас найти.
Я перечитал написанное. Казалось, на бумаге — чужие слова, не те, что я ощущал внутри. Пальцы сжали лист, смяв его в плотный комок. Бумага хрустнула, и в следующую секунду я разорвал её на куски. Клочки упали в мусорную корзину, и я остался сидеть, глядя, как тень от корзины дрожит на стене.
Глава 27. Дамиан
… уже девятнадцать часов от них не было вестей
Свет пробивался сквозь шторы тусклым золотистым лучом. Я лежал на спине, уставившись в потолок, и считал удары сердца. Сон так и не пришёл — только короткие, рваные провалы, после которых чувствовал себя ещё более разбитым. Мысли всё время возвращались к письму, которое я так и не решился сохранить.
Я поднялся, машинально заправил кровать, выровнял покрывало и горкой сложил несколько подушек. Затем надел спортивные штаны, футболку и спортивную обувь. Обычно с утра я тренировался один, но сегодня понял, что без компании Марва мне будет тяжко.
Марв спал в гостиной, развалившись на диване в нелепо вывернутой позе — так, что у любого нормального человека к утру затекла бы половина тела. Но он выглядел совершенно довольным. На полу, вокруг него, были разбросаны зарисовки зданий. Я, честно говоря, до конца не понимал, он любил сам процесс рисования или в дальнейшем хотел сделать архитектуру делом своей жизни. Судя по беспорядку, ему не спалось, так же, как и мне. Надеялся, что хотя бы Лин удалось выспаться… но по звукам она уже давно хозяйничала на кухне: гремела банками, что-то жарила на плите и слушала музыку.
Я склонился над головой Марва и тихо позвал его по имени. Тот подпрыгнул, тут же сел и, щурясь от света лампы, потёр глаза.
— Тренировка? — спросил он ещё сиплым ото сна голосом.
— Ага.
— Ты же с утра один ходишь. С чего оказываешь мне такую честь?
— Не ёрничай, — я закатил глаза. — Вижу, ты тоже не спал сегодня. Мы не можем сонные и озадаченные ехать в Совет.
— Ты сейчас меня или себя уговариваешь?
Я усмехнулся и махнул рукой.
— Давай, я жду тебя.
Тренажёрный зал мы с Лин пристроили к дому уже после смерти мамы. Он был не роскошный, но вполне приличный: светлые стены, широкое окно с видом на сад, пол из тёмного дерева. У дальней стены мы поставили стойки с оружием. На ней висели тренировочные мечи — деревянные, но тяжёлые, сбалансированные так, чтобы руки горели уже после десятка взмахов. Вдоль правой стены стояли кардио-тренажёры — пара беговых дорожек, велотренажёр. Под потолком висели перекладины и канаты, на которых можно было подтягиваться или зависать в воздухе для отработки ударов. У окна лежали гантели разного веса, аккуратно расставленные на стеллаже, и пара старых, но крепких матов для спаррингов.