— Силы моей мамы как-то отразились на твоей? — спросил я, уже догадываясь об ответе.
— Да. Это не простая магия. Мама тяжело заболела. Но быстро восстановилась. Погибла она гораздо позже.
— Мне жаль, Илария.
Она скосила глаза, губы дёрнулись в усмешке.
— Я пришла сюда не слюни разводить. А убедиться, что ты будешь послушно ждать её возвращения.
Я прищурился. Её тон, холодный и уверенный, звучал так, будто приговор уже вынесен, а мне осталось только исполнить.
— Ты хочешь сказать, что она точно вернётся, но это, как всегда, вопрос времени?
— Да. А ты в это время займёшься Эсхилом. И сделаешь всё, чтобы он не препятствовал нашим делам. Тебя не должно заботить то, что происходит наверху. Хочешь исправить свою глупость? Исправляй здесь и быстрее.
Я скрестил руки на груди.
— С чего мне верить, что у вас какой-то договор?
Илария подняла руку, плавно закатала рукав платья и показала браслет. Такой же тонкий серебристый браслет, расшитый лунными камнями, с которым Бри вернулась в отель.
Конечно, ни за какой вербеной она не ходила. Она ездила к границе.
Я тихо выругался про себя, чувствуя, как раздражение медленно накатывает.
— А Пирр?
— А вот с Пирром разбирайся сам.
— Ты же знаешь, что с ним.
Она хитро улыбнулась.
— Нет, — её хищный оскал заставил меня встрепенуться.
Она подошла ближе, пристально смотря в мои глаза.
— Дамиан… ты спрашивал, кто, на мой взгляд, ей больше подходит, ты или Пирр.
— Я не спрашивал, — бросил я, но она только качнула головой, как взрослый, которому всё равно, что бурчит ребёнок.
И совсем неприятно было осознавать, что ребёнок в этой истории — я.
— Так вот, мой ответ — Мидас.
— Кто? Это ты так кого-то из нас назвала? — в голове резко всплыл рассказ Эби, когда мы ужинали у Пирра дома. — Но они же их выдумали…
— О нет, дорогой. Он более, чем реален. И в целом, очень даже неплох собой. Сейчас правда с пути немного сошёл. Но неподражаемая Илария всё решит.
— О чем ты? Я не понимаю, ты за нас или против.
— Я за себя, дружок. А ты мне не очень-то и нравишься.
— Бреанна сама сделает свой выбор.
— Я в этом не сомневаюсь. Знаешь, судьба дело такое… не хитрое.
— Если ты всегда говоришь загадками, какой смысл тебе говорить? По твоему взгляду и так всё понятно.
— А тебе понятно, что Мидас был её первой и пока единственной яркой любовью? Такое не забывается.
— Завидуешь, что ли?
На тот момент мне показалось, что это самый непринуждённый ответ, на который я способен.
— Это как называется… главный бывший.
В какой-то момент мне показалось, что мы оба разговариваем не друг с другом, а каждый сам с собой, просто совпадая по репликам.
— Пытаешься вывести меня на эмоции? На ревность?
— Ну получается же.
— Нет.
— А ты подумай, — она склонила голову. — Если будешь вместе с Бреанной, я буду приходить на все ваши семейные праздники. Стану той самой классной тётей, от которой невозможно избавиться.
— Илария… не смотря на твои речи, у тебя доброе сердце.
— Ещё раз меня оскорбишь, и я разобью твой шлем в пух и прах.
— И хоть я не до конца тебе доверяю… — я сделал паузу, — если тебе доверилась Бреанна, то я согласен.
— Запомни этот день. Ведь ты обязательно пожалеешь об этих словах.
— Может, ты лучше совет по использованию шлема дашь?
— Ну уж нет. Мои услуги дорого стоят. Но за то, что ты не будешь мешаться мне под ногами… я сделаю тебе приятный подарок.
— Мне уже начинать бояться? — смешок предательски слетел с моих губ.
— Нет, но можешь тренировать память. То, что ты увидишь — будет в первый и последний раз.