— Приятно познакомиться, — Илана чуть склонила голову, улыбка у неё вышла тёплой, но в глазах мелькнул любопытный блеск.
Когда там уже их очередь?
— Ты здесь одна? — поинтересовался Мидас. — Что-то случилось?
— О, нет, я здесь…
— Со мной, — Пирр прервал меня. Он оказался рядом неожиданно, его рука резко легла мне на талию и притянула ближе. Щёку тут же обжёг его быстрый поцелуй.
Я чуть прищурилась, не понимая, зачем ему этот спектакль, и посмотрела на него боковым взглядом.
— Пирр, — он протянул руку Мидасу, а потом, заметив взгляд Иланы, прижал меня к себе ещё крепче, так что я невольно ойкнула.
— Пирр! — Илана вскинула брови и слишком уж оживлённо закивала. — Какая неожиданная встреча!
Он улыбнулся так широко, что уголки глаз сморщились.
— Да уж, такое специально не придумаешь…
— Вы тут проездом? — она сделала шаг нам навстречу. — Как твоё здоровье? Уже не бьёшься головой об стену ночами?
Я прикусила губу, с трудом сдерживая смех. Пирр дернул уголком рта, сглотнул и откашлялся, будто подавился воздухом.
— Нет, у него всё прекрасно, — вмешалась я, глядя прямо на Илану. — Мы часто не спим, но совсем по другой причине. — Я пару раз моргнула, будто между делом, и деловито усмехнулась.
Улыбка с лица Иланы медленно спала.
— Рада за вас.
— А у тебя, всё хорошо? — продолжил Мидас, явно пытаясь поддержать разговор.
— Да, всё отлично. Мы здесь… отдыхаем.
— Как и мы! — оживился он.
Наконец-то подошла их очередь. Регистрация заняла у них пару минут, и, получив ключ-карты, они быстро попрощались, скрывшись за дверями лифта.
Мы с Пирром продолжили говорить уже после того, как переступили порог номера.
Комната оказалась просторнее, чем я ожидала. Две широкие кровати с белыми, хрустящими от крахмала простынями. Тёмное деревянное изголовье, напротив — телевизор, под ним аккуратный столик. В углу — кресло с высокой спинкой, рядом — торшер, отбрасывающий мягкий свет. На полу ковёр с узором, приглушающим шаги, и большой шкаф у стены, куда можно было сложить вещи. Окно занавешено плотными шторами, но в просветах всё равно пробивался тёплый уличный свет от фонарей.
— Илана — это та, которая тебя преследовала после того, как ты ей вправил руку на лестнице? — спросила я, аккуратно присаживаясь на ближайшую кровать.
— Да, — он замедлил шаг, потом резко обернулся ко мне. — Откуда ты знаешь?
— Слышала ваш с Дамианом разговор в машине тогда…
— И даже вида не подала?
— Совсем не подала, — я покачала головой с игривой улыбкой.
— Какая… — он сделал паузу, будто подбирал слово, и уставился прямо в мои глаза. — Какая плохая девочка. А что за Мидас? Вы смотрели друг на друга так… словно у вас остался незакрытый гештальт.
Именно он стал отправной точкой моей теории о светлых волосах. С темноволосыми у меня завязывались серьёзные, долгие отношения, а вот светловолосые… они всегда приносили в мою жизнь вихрь коротких, но безумно ярких интрижек, память о которых жила во мне годами.
— Можно и так сказать, — я пожала плечами. — Мы были вместе не больше двух недель. Между нами ничего не было такого… но именно его я запомнила очень хорошо.
— Кто сдался первым?
— Он.
— В обиде на него?
— НЕТ! Ты что! Я желаю ему всего самого лучшего.
— Плохо желаешь…
Я рассмеялась, отмахнувшись:
— Это ты с ней не нашёл общий язык, а он вполне мог найти!
Он остановился, облокотился на стену и долго смотрел на меня.
— Ладно, Бусинка. Это неважно… лучше расскажи, что это был за браслет. И почему ты упоминала Иларию… когда говорила сама с собой?
Я прикусила губу и отвела взгляд.
— Ты знала об этом проклятии? И ничего мне не сказала? Из-за этого я умирал в твоих снах?