— Да, — выдохнула я. — Когда мы были здесь в первый раз, я сбежала на встречу с ней, чтобы найти хоть какие-то ответы. Она дала мне браслет и кучу условий в придачу. Одно из них было не говорить тебе. Иначе она бы не сняла проклятье.
— Бусинка… — он неожиданно опустился на колени передо мной. — Я был таким дураком. Я же обвинил тебя в том, что Дамиан купил тебя. А этот браслет… ты пошла на всё это ради меня?
Я не удержалась и засмеялась, подняла его с колен. Он сел рядом, но на соседнюю кровать.
— Нет, не ради тебя. Ради наших будущих детей. Вдруг твои и мои смогут сойтись? Или если где-то есть ещё наши родственники, о которых мы не знаем…
— Как ты вообще могла поверить Иларии? Она же… злая.
— Не знаю. У меня не было выбора. Да, она для меня никто, но она выглядела уверенной. Это подкупило…
Он задержал дыхание, словно собирался озвучить что-то важное:
— Я должен сказать тебе кое-что.
— Что?
— У меня ничего не было с теми девушками. Я встретил их перед входом в отель. Пообещал заказать огромные букеты цветов и вызвать такси, чтобы они добрались до дома в безопасности. Они согласились на эту авантюру…
— И где ты был?
— С Селинной.
— С Лин?
— Да. Я бываю в Первом поясе так часто, что они выделили мне отдельную комнату. После того, как увидел, как он зашёл к тебе в номер, я почувствовал странное обжигающее чувство и решил переночевать в родном месте. Но Лин не спала и увидела мою растерянность. Мы пошли в бар, там оказался тир. Мы с ней поспорили, кто будет точнее. Если выигрываю я, она дарит свой глок, если она — я делаю генеральную уборку дома.
— И ты выиграл?
— Не был бы я пьян, я бы поддался. Но тогда азарт взял надо мной вверх. Думаю, глок Лин бы всё равно мне отдала бы… она сказала, что на нейтральных территориях он просто необходим.
Мы замолчали. Тишина повисла в воздухе, но она не давила — наоборот, была лёгкой, как выдох после долгого напряжения. Это был тот редкий момент, когда слова казались ненужными, и само присутствие рядом давало облегчение.
— Бри… — голос Пирра прозвучал тише обычного. Он пересел ко мне на кровать и заговорчески посмотрел на меня.
— Чего тебе? — я натянуто улыбнулась, но сердце уже начинало биться чаще.
— А как мы проверим, что проклятие больше не действует?
— Браслет испарился, а не разорвался, — я провела пальцами по краю одеяла, нервно теребя ткань. — Это хороший знак.
— Но ведь мы не можем верить распаду металла…
Я прикусила губу и встретила его взгляд. Он смотрел внимательно, словно подталкивая меня признаться в том, чего я сама боялась.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросила я, и в груди стало тесно, будто воздуха не хватало.
— У нас впереди ровно одна ночь. Наедине. Что произойдёт завтра, мы не знаем. Может будет конец света, и мы не проснёмся, может не изменится ничего, а может своё действие начнут природные катаклизмы. Но здесь… сейчас… только мы.
Я чувствовала, как жар медленно расползается по телу.
— Намекаешь на то, чтобы провести эту ночь как последнюю?
— Не намекаю, а прямо предлагаю, — его глаза сверкнули. — Повеселиться и развлечься. Получить удовольствие.
Я сглотнула. Мой взгляд сам скользнул вниз — к его расстёгнутой рубашке. Я раньше и не заметила, что она распахнута полностью, и ровные линии пресса отчётливо виднелись в мягком свете лампы.
Я встрепенулась, заставляя себя перевести взгляд на его лицо.
— Один поцелуй. Его будет достаточно, чтобы вызвать кошмар и проверить.
— Целая ночь, — спокойно возразил он. — Мы проводим её полностью, отдаваясь желанию, ни о чём не думаем, а потом никогда не поднимаем… вслух… подробности этой ночи.
С Пирром было невероятно легко. Я не могла с ним спорить. Его упрямый взгляд, уверенный напор и убедительные руки вызывали во мне непередаваемую бурю эмоций. Однако я понимала, что с ним вряд ли получится что-то серьёзное. Это как… когда ты начинаешь думать об отношениях с парнем, но понимаешь, что если вступишь в них, то автоматически станешь его бывшей девушкой. Но эти эмоции… ради них стоило рискнуть.
— Знаешь, я не думаю, что это бу…