Я вскинула подбородок, заставила себя взглянуть ему прямо в глаза. Мой голос сорвался, стал резким и хриплым от сдерживаемых слёз:
— Ты говорил, что Эби верила тебе? — я почувствовала, как сжались его пальцы на моей руке, но не выдернула её. — Тогда я дам тебе шанс только тогда, когда она скажет мне это лично.
тринадцать лет назад
тринадцать лет назад
После нападения Эсхила Талмира и его Кер на Шестой пояс Илария и её мама впопыхах покинули Эльту. Они искали новые места для жизни и работы не без любопытства, относились к переменам как к яркому вызову. Вызову, который мог сплотить их, позволял увидеть мир и найти близких по духу людей.
Маленькая Илария сменила несколько школ. Постоянные переезды мешали обзавестись друзьями, но её это не смущало — рядом всегда была мама. Аелла учила её магии: вторгаться в чужие сны, помогать другим и никогда не злоупотреблять силой.
Но спустя десять лет скитаний Аелла заболела. Иларии пришлось бросить университет и вложить все силы в лечение. Всё оказалось напрасным. Мама умерла. И восемнадцатилетняя Илария вернулась в Четвёртый пояс, ведомая невыносимой тягой к ротонде.
Школа Четвёртого пояса стояла на пригорке, окружённая садом с низкими каштанами. Утро было ясным, и солнечные блики скользили по широким арочным окнам, отражаясь в стекле. Илария остановилась в тени деревьев у края двора и не спешила подходить ближе. С этого расстояния она могла видеть всё, что происходило внутри: шторы были распахнуты, и класс раскрывался перед ней, словно сцена в театре.
Шёл урок. Дети сидели рядами, тянули руки, смеялись, кто-то шептался украдкой. Но её взгляд сразу зацепился за девочку у доски. Светлые волосы собраны в аккуратную косу, глаза серьёзные, слишком взрослые для её возраста. Она держала тонкую лозу винограда и что-то объясняла.
Илария задержала дыхание.
— Вот и моя сестра… — прошептала она, не веря тому, что говорит.
В груди кольнуло странное чувство: смесь нежности и чуждой тоски. Она не знала Бреанну, но кровь отзывалась, словно напоминая — это не просто ребёнок, это та, кого ей велела найти мама перед смертью. Сердце Иларии билось гулко, как перед важным испытанием. Всё время пальцы теребили ворот платья — нервная привычка, от которой она никак не могла избавиться.
Илария стояла у окна дольше, чем собиралась. Видела, как девочка замялась, не справившись с вопросом учителя. Как её плечи подрагивают от робости. Как одноклассники переглянулись и кто-то скривился в усмешке. Как Бри опустила глаза, будто готова была сдаться.
У Иларии по спине пробежал холодок. Мама всегда говорила: «Используй силу, чтобы творить добро, но не ломай чужую жизнь».
Эти слова звучали особенно ясно, когда Илария осторожно подняла ладонь и соткала иллюзию. Лоза в руках девочки ожила: вытянулась, заблистала, на ветках налились гроздья винограда. Свет скользнул по ягодам, отражаясь от стекла. Дети ахнули, наклонились вперёд, учитель впервые улыбнулся. И маленькая Бреанна, не понимая, что произошло, растерянно, но счастливо посмотрела на класс.
Именно в тот день Эбигейл заступилась за Бреанну и поддержала её. И с тех пор они были неразлучны.
Но тогда Илария ещё не знала, какой ценой обернётся её вмешательство...
Чем дольше она наблюдала за жизнью Бреанны, тем сильнее в душе копилась горечь. У девочки было всё: любящая семья, заботливая младшая сестра, поддержка близких, друзья, дом, беззаботные увлечения. Она могла позволить себе просто жить, забыв о прошлом. А что было у самой Иларии? Пустота. Потеря. Тоска по дому, которого уже давно нет. И единственное, что у неё оставалось — силы. Те самые силы, что она теперь тратила на чужую жизнь.
Это было несправедливо.
Почему одним достаётся всё, а другим — ничего?
Тогда Илария твёрдо решила больше не вмешиваться в жизнь далёкой родственницы. Только не с целью помочь.
Конец