— Ну почему? Ну почему, а? Всё время на праздниках что-то происходит. Как только я пытаюсь расслабиться и отдохнуть, всё идет наперекосяк, — пробубнила я себе под нос и пнула лежащий на пути камешек.
Рой мыслей заполнил голову.
Кто этот мужчина? Почему он показался мне таким… знакомым? Как… как он смог вызвать мой кошмар? Что за фиолетовое свечение окружало его? А тату? Что означает перечеркнутая спираль?
Дойдя до нашего секретного места на небольшой опушке, наконец позволила себе сбавить темп. Спина мягко упёрлась в шершавый ствол столетнего дуба. Я подобрала ноги под себя. Прикрыв глаза и вслушиваясь в журчание воды, словно никаких других звуков больше не существовало, сделала глубокий вдох. Кожа покрылась мурашками.
Когда я открыла глаза, взгляд сам собой скользнул на противоположный берег. Там стояла пара.
Девушка — высокая, худая, волосы собраны в аккуратный пучок. Свободное бежевое платье тянуло подол по траве, полностью скрывая её босые ступни. Повязка на глазах выглядела не как необходимость, а как украшение или часть тщательно продуманного образа. Она стояла неподвижно, ровно, торжественно, руки сложены перед собой.
А мужчина… я видела его только что. Тот самый с татуировкой на шее.
Он слушал и кивал в моменты её пауз. Это само по себе выглядело странно: она — будто не видит, он — будто не может говорить.
— Видишь нас, да? — Эхом раздалось у меня в голове.
Я вздрогнула и неохотно кивнула.
— Тогда запоминай.
Строки потекли ровным, тихим голосом, словно кто-то нашёптывал их прямо у моего уха:
Когда сомкнётся древний круг,
И Лунный Брат коснётся Солнца,
Открой в себе пустой чертог —
Там ждёт ответ в глубинах взора,
Твоё забытое сиянье
— Ты понял всё, что я сказала? — Девушка плавно коснулась его плеча и подалась вперед. — Мы не можем проиграть. Не с нашей силой.
— Да, моя Богиня. — Он опустился на одно колено, склонив голову. — Я всё усвоил. Не втягивать в это обычных людей. И не лезть лишний раз им в головы. Клянусь своей судьбой.
Мужчина поднял взгляд на неё, и в ту же секунду всё вокруг них поблекло. Фиолетовый свет вспыхнул, растворил очертания фигур и медленно погас, оставив на их месте только пустой берег.
Я сидела неподвижно, пальцы холодели, дыхание стало неглубоким.
Это было по-настоящему?
Или очередная галлюцинация, вызванная шумом, головокружением, этим странным состоянием?
Я больше не была уверена ни в одном из своих ощущений.
— Как ты? — Эби устроилась рядом и протянула мне бумажный стаканчик с травяным чаем и слойку с черной смородиной и яблоком.
— Лучше всех. Теперь. — Я сделала небольшой глоток, чувствуя, как тепло медленно спускается вниз.
— Мята и лемонграсс там точно должны быть, что ещё там намешано — понятия не имею.
— Спасибо. Главное, что они там есть, — я устало улыбнулась.
Эби перебирала пальцы, крутила кольцо, потом снова сжимала и разжимала кулак. Она всегда так делала перед серьёзным разговором. Я прекрасно понимала, куда всё идёт, поэтому молчала, давая ей и себе время собраться.
— Я беспокоюсь за тебя, — наконец выдохнула она.
— Хватит. Не надо.
— Я не могу. Мне сны совсем не снятся, но из-за тебя я их вижу наяву. Тебя они злят. Причем очень сильно.
— Просто… забудь, — пробормотала я, опуская взгляд.
— Нет, вот теперь ты прекрати, — она резко выпрямилась. — Я не могу просто выбросить это из головы. Это наша общая проблема.
— Эбс…
— Почему ты не допускаешь мысль, что это может быть реальностью? Да, страшной, странной, непонятной. Но реальностью. Если покопаться глубже, мы точно что-то найдём.