Точно, Лив. Вот вам и старшая сестра года — засмотрелась на горячего полураздетого парня, вместо того чтобы приглядывать за сестрой. Я подхватила Эби за руку, и мы, огибая танцующих, размеренно направились к Лив и ее подругам.
По пути мой взгляд снова зацепился за парня на сцене. Он беззастенчиво выхватил барабанные палочки у ударника и с лукавой улыбкой начал отбивать ритм. Толпа радостно подхватила темп — кто-то начал хлопать, кто-то подпрыгивать в такт, и зал наполнился живым пульсом, от которого перехватывало дыхание.
Рядом с ним стоял его друг — серьёзный, сдержанный, словно из другого мира. Он не участвовал в веселье, но и не мешал; напротив, в его взгляде читалась тихая гордость. Широкая улыбка, прорезавшая суровое лицо, казалась редкой и потому ещё более значимой. Думаю, он действительно был рад видеть друга таким — живым, увлечённым, сияющим.
В паре метров от нас завязалась потасовка. Воздух загустел, словно сам клуб задержал дыхание. Я машинально схватила юбку, чтобы не запутаться в ткани, и ускорила шаг к Лив. Двое мужчин, явно за сорок, сцепились друг с другом. Их слова были сбивчивыми, но каждое брошенное «убью» или «заткнись» звучало как удар по барабанным перепонкам.
Музыка приглушилась. В наступившей тишине до боли ясно зазвенели угрозы и рычание. Охранники двинулись к ним, люди вокруг начали пятиться, но, прежде чем я успела облегчённо выдохнуть, один из мужчин вырвал из-за пояса оружие и выстрелил. Мелькнула чья-то рука — кто-то пытался выбить пистолет, стрелок промахнулся.
Короткий вздох облегчения быстро превратился в мой худший кошмар. Он не выстрелил мимо или в воздух, он задел… Лив.
Её тело дёрнулось, и на платье, словно распускающийся цветок, начала проступать алая кровь. Мои ноги моментально налились свинцом, а сердце сжалось в кулак. Я искренне надеялась, что это всё неправда. Что я опять вижу кошмар. Чёртов дурацкий кошмар, который изводит меня почти каждую ночь. И стоит мне открыть глаза, как я вновь увижу её плавные движения в такт музыке.
Началась давка, мужчины, затеявшие этот конфликт, быстро скрылись, толпа, которая еще минуту назад здесь затанцовывала свои ноги, хаотично с криками вываливалась из клуба на улицу.
Я ринулась к Лив. Подруги поддержали ее за руки и осторожно спустили на прохладный пол. Места вокруг уже было достаточно, чтобы аккуратно сесть, не уткнувшись в чье-нибудь тело. Я рухнула рядом, колени хрустнули о пол, но боли не почувствовала. Всё внимание было приковано к её рукам, дрожащим, тщетно пытающимся зажать рану. Глаза Лив наполнились слезами, губы побледнели.
— Нет, нет, только не это… — слова сорвались с моих губ так тихо, что я сама их едва расслышала.
Эби вызвала врачей и службу порядка. Она тоже еле сдерживала панику, но для проявления слабости не было времени.
— Милая, я здесь, всё будет хорошо, слышишь? Сейчас приедут врачи и окажут всю необходимую помощь. Ты будешь жить, Ливия, ты будешь жить! — мои губы тряслись, тело парализовало.
— Бри, я тебя люблю, и родителей люблю, передай им, что я их очень-очень люблю, — Лив протараторила это тихо, прерывисто и с трудом дыша. — Мне до смерти больно, Бри.
Она опустила руку со своей раны и медленно закрыла глаза.
— Ну уж нет, Ливия, ты скажешь им это сама! — я подхватила сестру под плечи и аккуратно приподняла ее спину, чтобы облокотить на себя и обнять. — Пожалуйста… Лив, я сделаю всё, чтобы ты выжила, посмотри на меня. Лив, ради меня, ради мамы и папы, ты нам нужна.
Я уже не сдерживала слёз. Горло саднило от сдавленных рыданий. Меня будто вспарывали раскалённым ножом. Резкая, обжигающая боль окатила моё тело от макушки до кончиков пальцев на ногах.
Почему на её месте не я?
Врачей всё не было, я пыталась зажать рану своей рукой, но до конца не понимала, что надо сделать, чтобы помочь.
Я могла ожидать любой исход сегодняшнего вечера — драку, перебор с алкоголем, падения и дезориентацию в пространстве, флирт, поцелуи или уединенная ночь, но это…
По телу прошла дрожь. Суматоха вокруг нарастала, а меня распирало от ожидания и колющего ощущения безысходности.
— Ливия Сареван, очнись, у тебя еще вся жизнь впереди! — Я не оставляла попыток снова увидеть огонек в её глазах.
Внезапно бусина из ангелита на моей шее стала обжигающей, словно на грудь вылили стакан кипятка. Я вскрикнула и отпрянула назад, но резко остановилась, увидев широко распахнутые глаза Лив. Клянусь, я увидела в них белую искорку, которая исчезла так же быстро, как и появилась.