Это что, загадка?
— Дамиан, что это за узел? — я повернула голову в его сторону и прошептала.
— Го́лоса.
— Бри, дай свою руку, — неожиданно сказала Эби.
Я, не задумываясь, подошла к ней и протянула свою ладонь. Она крепко её обхватила обеими руками и, приподняв голову вверх, произнесла на выдохе:
— Клянусь, что буду защищать Бреанну Сареван несмотря ни на что, уважаемые Высшие Силы.
— Что? ЭБИ! Зачем ты это…
Постаменты загудели. Из-под камня пополз густой серый туман, который обвил наши ноги. Ангелит на моей шее запылал. Я шикнула в ответ на новый ожог и сделала пару небрежных шагов назад, чтобы уйти в тень.
— Это всё? — Пирр не смог сдержать смешок. — Надеюсь остальные узлы будут такими же быстрыми.
— Эби, что там было написано? — прошипела я, поглаживая нагретое на груди место.
Она снова подошла вплотную к постаменту и прочитала:
— Дай клятву. Если Высшие примут её, то узел затянется. Ты пожертвуешь голосом, если нарушишь сказанное. Звук уйдёт в камень. Звук станет якорем.
— О-о-о-у, — протянул Пирр, потирая лоб костяшками пальцев.
— Эби, ты в своём уме? — рявкнула я, уже не сдерживая себя. — Я могла поклясться, что верну сестре память! А теперь… теперь ты можешь потерять голос, если не сдержишь это обещание!
— Я сдержу, — она мягко улыбнулась мне в ответ. Её голос звучал тепло и уверенно. — Бри, ты и твоя семья стали мне родной. Я сделаю для вас всё, что угодно, чтобы защитить.
Эби младше меня всего на пару месяцев, но в нашей дружбе всегда вела себя как старшая сестра. Всё, что говорила Илария, — правда. С первого дня её рождения родители Эби не видели то волшебное, что в ней есть. Они возились с племянниками — будущими наследниками, — чтобы поднять свой статус при Совете. Они были уверены, что Эби и так знает, что они её любят, но выражали эту любовь по-своему…
Родителям были важны дела, помощь, выгода, поэтому они давали Эби всё необходимое для жизни, покупали своё отсутствие. Но ей нужны были слова поддержки и тактильность, чтобы чувствовать себя значимой и… живой. Эби воспитывала бабушка по папиной линии. Она же и научила нас всему, что мы знаем о травах и растениях.
Я хорошо помню тот день в ангаре. Тогда, после очередного отъезда родителей по делам племянников, Эби поклялась, что никогда не будет такой же чёрствой, как её родители. Она их любила, но не могла до конца понять. Её главная мечта — построить большую крепкую семью и уделять им всё свободное время. Именно поэтому она так избирательна в партнёрах и ищет любовь своей жизни, чтобы точно не обжечься.
Мы проводили много времени вместе: мои родители полюбили Эби как свою дочь и всегда были рады её присутствию, а я была счастлива видеть, как бодро она делится с мамой и папой своими успехами.
Иногда она включала гиперопеку и совсем забывала о чувствах других, но в такие моменты я лишь крепче её обнимала, понимая как для неё важно — быть нужной и услышанной.
Спустя пару секунд раздумий, взгляд зацепился за несколько других табличек.
«Что горячее огня, но не обжигает? Что создаёт форму, но не имеет её? Что не принадлежит ни одному ремеслу, но даёт смысл каждому?»
«Создавая, ты берёшь ответственность. За форму. За вес. За последствия. Кто не готов — пусть не касается инструмента»
Видимо, пять табличек — с загадками, а одна — с инструкцией.
Я громко выдохнула, принимая настойчивость и выбор Эби, и мы поспешно вышли на улицу.
— Всё в порядке? — Кирос хаотично пробежался взглядом по нашим лицам, видя наше недоумение.
Я, не оглядываясь, зашагала вперёд, следуя маршруту. Дамиан сказал, что будет лучше дойти до четвёртого узла пешком, так как его место силы находилось в каменных полях, совсем недалеко от нас.
Позади я услышала, как Марв вводил в курс дела Абрию и Кироса, а Пирр и Эби обсуждали таблички и загадки на них.
— Это её выбор. Ты не можешь злиться на неё за это, — я вздрогнула от внезапно появившегося Дамиана за спиной.
— Я не злюсь… — буркнула я, не глядя на него. — Просто много мыслей. Хочу побыть одна.
Он кивнул, но не замедлил шаг. Я не врала, мне действительно хотелось справиться с наплывом событий.